— Просто Тока… ну, она словно ребёнок. Она только начинает познавать этот мир. Ты стал её путеводным светом в кромешной тьме. И как думаешь, каково ей сейчас, когда её единственный лучик света начинает отдаляться от неё?

Шидо на минуту замолчал. Мурасаме был абсолютно прав.

Он опустил взгляд.

— Я облажался…

— Ага, — перевел юноша взгляд на своего друга.

— И что мне теперь делать?

— Пока ничего, — ответил Женя. — Дай Токе прийти в себя. Ей нужно время.

— А ты на удивление можешь давать дельные советы, когда становишься серьезным, — попытался разбавить обстановку Ицука.

— Вообще то я всегда даю дельные советы, — вздохнул Евгений, а затес с грустью снова посмотрел на дверь. — Тем более к Токе… к Токе у меня особое отношение.

— Особое отношение?

— Да. Нас обоих не принял этот чёртов мир и пытался всячески от нас избавиться. Если бы так продолжилось, то мы оба бы канули в бездну. Но в наших жизнях появился человек, которому мы смогли довериться. Человек, который протянул нам руку, показал, что мир может быть не только жестоким, но и красивым.

Ицука внимательно слушал слова своего друга.

Женя же посмотрел на Шидо.

— Именно поэтому я не хочу, чтобы Тока пережила ту же боль что и я, — он похлопал Ицуку по плечу. — Я могу часто шутить, но по-настоящему в беде я тебя никогда не оставлю. Я не позволю тебе умереть.

— Женя…

— Потому что, если ты умрёшь… — он тяжело вздохнул. — Если ты умрёшь, мне придёться увидеть, как она плачет…

Парень опустил руку и пошел в сторону своей комнаты. Шидо посмотрел ему вслед.

— Жень.

Мурасаме остановился перед дверью в свою комнату.

— Чего?

— Ты… кого-то потерял?

Вопрос был логичным. Но ответа на него не последовало. Женя просто зашёл в свою комнату и закрыл дверь.

◇

На следующий день, десять часов утра.

— Так вот, Тока, я тут подумала сходить за покупками — не составишь компанию?

Как и обещала, Рейне пришла в дом Ицуки и сейчас стояла напротив комнаты Токи. На ней не было привычного белого халата и военной формы, из нагрудного кармана торчал весь в шрамах плюшевый мишка, а на плече висела сумка, как бы подтверждая намерение пойти по магазинам. Ицука и Мурасаме стояли рядом с ней, ожидая чуда.

— Заткнись! Оставь меня! — злилась девушка.

Но его не произошло.

Шидо вздохнул.

— И так уже второй день.

Рейне задумчиво приложила руку к подбородку, затем достала из сумки планшет и принялась возиться с ним. Вскоре она убрала его обратно.

— Тока.

— Я же сказала, оставьте меня! Я...

— Я думаю перекусить где-нибудь после покупок — ты со мной?

Чуть погодя дверь открылась, и оттуда выглянула хмурая Тока. Со вчерашнего дня она так и не переоделась: на ней была промокшая до нитки школьная форма. А судя по глазам, девушка даже не спала — из-за синяков прохожие приняли бы её с Рейне за сестёр.

— Р-рейне? — удивился Шидо. — Как вам удалось?

— Подумала, что наша девушка сейчас голодна.

— Вот она, моя прекрасная мать! Сразу же смогла угодить Токе, восхваляй её, Шидо, падай на колени, говори «спасибо, госпожа Рейне, я премного вам благодарен, я сделаю всё, что вы попросите»! — начал кружить вокруг женщины Женя.

— З-заткнись! — прикрикнул Шидо. — Ничего такого я делать не буду!

— Правда? Жаль, жаль… — приложила палец к щеке Мурасаме старшая.

— А вы-то куда, Рейне?!

Выйдя наконец из комнаты, Тока отвернулась от Шидо и тяжёлой поступью удалилась.

— Быстрей!

— Хорошо. С утра дождь не переставал — не забудь взять зонт.

Рейне взглядом дала понять Шидо, чтобы тот доверился ей.

— Р-рассчитываю на вас.

После нескольких минут ступора парень осознал, что теряет время. Похлопав себя по щекам, он спустился вниз по лестнице.

— Уроков сегодня нет — можно тоже по магазинам пройтись. Жень, пойдёшь со мной?

— Не-а, мне сегодня лень куда-либо идти.

— Ну, как хочешь.

Шидо спешно оделся и с зонтом в руках вышел из дома.

— Ключ... Ну, прикрою так. Котори ведь спит, — проговорил он, открывая его и ступая под ливень.

Женя смотрел в окно, провожая парня взглядом. Впервые за долгое время в доме никого не осталось. Ну, есть ещё Котори, но она сейчас спала.

Парень лениво потянулся.

— Пойду посплю ещё немного…

Он уже собирался задёрнуть шторы, как его внимание привлекло движение во дворе.

По тротуару, прямо под проливным дождём, неуклюже бегал маленький щенок.

Совсем ещё крохотный.

Чёрная шерсть уже давно промокла насквозь. Мордочка, лапки и грудка были белыми. Он то и дело останавливался, принюхивался к мокрому асфальту и вновь продолжал путь.

Евгений невольно улыбнулся.

— Ты-то что тут делаешь, малыш...

Мурасаме ещё несколько секунд молча наблюдал за ним, а потом тяжело вздохнул.

— Вот ведь...

Он направился в прихожую. Через минуту он уже натянул куртку, надел ботинки и вышел на улицу. Уж слишком большой был соблазн потискать щенка.