Токисаки тут же оказалась сзади Маны и выстрелила в неё из револьвера. Девушка не успела среагировать.

— МАНА! — раздался крик Шидо.

Кровь начала капать на землю. Шидо в шоке смотрел на это, Куруми на минуту удививлась, а затем усмехнулась.

Мана обернулась и увидела, что от пули её защитил Евгений Мурасаме. Его рука кровоточила, но он твердо стоял на ногах. Он приложил ладонь к ране и использовал обратную магию чтобы залечить её.

— Надо же, кошка решила показать коготки, верно? — Женя усмехнулся, посмотрев на Куруми.

— Почему… Почему ты защитил меня? — спросила Мана. — Ты ведь Хяккимару, ты чудовище. Так почему же ты меня защитил?

— Потому что я уже давно не Хяккимару, — ответил парень, вытаскивая клинок из ножен. — Я Евгений Мурасаме, наследник семейства Мурасаме. И пока я жив, кровь моих родных не прольется.

— Хи-хи, надо же, какие пафосные слова, — хихикнула Куруми. — Вижу, ты тоже довольно интересный, Мурасаме.

Куруми не успела закончить фразу — Евгений уже оказался перед ней, взмах клинка срезал прядь её волос. Она сделала шаг вбок, грациозно, словно танцуя, и подняла один из своих револьверов.

— Так быстро? Я даже не ожидала, — с восхищением прошептала она.

Бах! — револьвер выстрелил, и Евгений едва успел отклониться, но пуля, покрытая искривлённой пространственно-временной энергией, изменила траекторию, устремившись ему в спину. Он вскинул руку — из ладони вырвалась ало-голубая вспышка — ещё один клинок ударил по пуле, разрушив её.

— Сформировал ещё один клинок? Надо же, ты меня удивляешь! — промурлыкала Куруми. Тут же она выпустила ещё больше пуль в Мурасаме, взлетев в воздух и начав прыгать по деревьям.

Их бой мгновенно превратился в вихрь вспышек и теней.

Куруми скользила меж деревьев, как чёрный силуэт на фоне закатного неба. Каждый её шаг сопровождался гулкими выстрелами, искажающими пространство. Пули свистели, изгибаясь в воздухе, словно живые твари, желающие пронзить сердце Евгения.

Но Мурасаме уже не был там, куда они целились. Он оставлял за собой мерцающие следы духовной энергии, а в его руках одна за другой появлялись тонкие, острые, идеально сбалансированные клинки. Он не отбрасывал их — он использовал их как продолжение себя, отсекая пули, словно разрезая дождь.

Звяканье стали, шипение искажаемого пространства, искры в воздухе.

— Ты хорошо двигаешься… — Куруми закрутилась в воздухе, сделав изящное сальто, и направила обе пушки на Мурасаме. — А если вот так?

Сразу восемь пуль вылетели из дула, каждая покрытая черно-золотыми узорами.

Евгений резко остановился, присев на одно колено. Он выставил ладонь вперед, и на миг воздух застыл.

— I am the bone of my sword… — тихо прошептал он. — Rho Aias!

Вспышка — из его духа вырвался полупрозрачный щит, формируя перед ним розу из семи лепестков света. Пули встретились с барьером. Взрывная волна разнесла опавшие листья, земля дрожала.

Щит выдержал. Едва.

— Это… было опасно, — произнёс он, тяжело дыша.

— О, даже такую технику применил. Я польщена! — Куруми закружилась на ветке, как на карусели.

Она рванулась вниз, словно тень, и их клинки встретились: металл против револьвера. Евгений перенаправил удар, перехватил её запястье и с разворота выбросил в сторону. Куруми в полёте сделала сальто и, коснувшись пяткой ствола дерева, оттолкнулась, вновь атакуя.

Теперь бой напоминал балет: быстрые касания, удары, прыжки, ближний бой, выстрелы в упор. Деревья рушились, земля трескалась. Один раз Евгений метнул клинок вверх — он засиял в воздухе, оставив ослепительный след, и взорвался вспышкой света, ослепляя Токисаки. Он поднырнул под неё и ударил в грудь тупой стороной клинка, отбросив назад.

— Ха… не думала, что будет настолько весело, — выдохнула Куруми, тяжело дыша. Её платье было разорвано на плече, волосы растрепаны, но в глазах горел азарт. — Скажи, ты правда хочешь, чтобы я выиграла?

— Я хочу, чтобы поверили, что ты выиграла, — ответил Евгений, сжимая очередной эфирный клинок. — Но, если будешь продолжать давить на меня, мне придётся отвечать.

— О, какой угрозой пахнуло, — усмехнулась она, затем внезапно переместилась за его спину.

Но он ждал. Клинок уже был у него за плечом. Удар — искры — Куруми отлетела, прокрутившись в воздухе.

На миг повисла тишина. Листья медленно кружились между ними.

— Ну что, продолжим? — спросила она, поднимая револьвер.

— Ага, — кивнул он. — Только будь осторожна. Я всё ещё не закончил.

Ветер усилился. Шидо и Мана в ужасе наблюдали за разворачивающимся боем — двух сверхъестественных бойцов, словно вышедших из древнего мифа.

Куруми вновь прыгнула вперёд, вращаясь, как смертоносная шкатулка-музыка. Вокруг неё крутились выстрелы, искажающие само время. Один за другим — ба-бах, ба-бах, ба-бах! — револьверы выплёвывали пули, а Евгений пробирался сквозь град этих атак, отбивая их мечами.