Новая орда тварей прервала ее речь. Как там Кузя плевалася сгустками?? Будем тренироваться. А то какая то паучиха втоптала в грязь мою гордость.

Глава 19

С третьей попытки у меня получилось. Не просто сплюнуть, а выплюнуть сгусток концентрированной колдовской плазмоид. Он, шипя, прожёг камень пола. С пятой я догадался подключить телекинез — не толкать его, а выстреливать. Частота выстрелов возросла значительно. Каждое попадание мгновенно испепеляло цель, будь то бес, каменная глыба или случайный монстр. Продвижение по горящим, охваченным паникой коридорам превратилось из кровавой бойни в простую прогулку. Наконец-то у меня появилась не просто сила, а настоящая, эффективная, атакующая способность.

— Базель! Подожди, нам срочно надо поговорить!

Лариссэ. Голос её был полон истеричных ноток.

— Ну вот, стоит девушку пару раз трахнуть, и сразу — должен и обязан, — проворчал я себе под нос, не сбавляя шага.

Но она упрямо бежала за мной, спотыкаясь о разбросанные обломки и трупы, желая повесить на меня этот ярлык «долга».

— Ты мне всё обязан объяснить!

Как доберёмся до безопасного места — надо её выебать. Это всё, походу, от недотраха, — так и роились в голове циничные, животные мысли. С новой силой внутри они звучали как неоспоримая истина.

Я же шёл к лаборатории. Туда, где должен был быть Маций. И я очень, очень хотел с ним «поквитаться». Прям руки чесались. А ещё этот старый пердун наверняка знал, как снять ошейник с меня. Два в одном.

Из-за поворота, ведомые паникой и злобой, вывалилась группа. Те самые расфуфыренные маги в позолоченных мантиях, что суетились у ростка Мэлрона, и их эскорт — трое авраторов в тяжёлых латах. Я мысленно усмехнулся. Не так быстро...

Один из магов, седой и злой, ткнул дрожащим жезлом в нашу сторону.

— Лариссэ'! Сучка, вот ты и попалась! Сейчас ответишь за всё! Раб, отойди в сторону!

Его тон, полный привычного презрения, ударил по нервам приятнее, чем должен был.

— Во-первых, — мой голос прозвучал спокойно и громко, — это моя сучка. А во-вторых, Ларисе, — я повернулся к ней, — это что за мажорики?

— Солдаты! Скрутить обоих! — взревел маг.

Ларисса вздрогнула и попятилась, её лицо побелело.

— Баз... Надо бежать.

Ох уж эти бабы, — подумал я с раздражением и... предвкушением. Пришло время проверить две вещи: насколько хороши местные «войны», и насколько силён стал я.

Я не стал отвечать. Просто активировал. Броня горгульи, скрытая в моей коже, проступила наружу, покрывая тело тёмной, шершавой, как базальт, броней. Щитовые ауры, питаемые теперь бездонным колдовским резервуаром, вспыхнули вокруг меня сине-фиолетовым сиянием. Ошейник, сдерживавший мою силу, был теперь лишь холодным куском металла на шее.

Трое аврораторов, почуяв неладное, всё же ринулись в атаку. Они действовали слаженно, с холодной эффективностью, пытаясь зайти с разных сторон. Ааа, почуяли, суки, что просто не будет.

Во мне не было никакого спецназовца или мастера боевых искусств. Я был работягой. Умел хватать, рвать, ломать и не отпускать. Тем интереснее было посмотреть, что из этого выйдет.

Самый быстрый рванул ко мне и со всего размаху всадил длинный колющий клинок мне прямо в обнажённую грудь.к своему стыду я не успел среагировать. Раздался скрежет, полетели искры... И ничего. Я почувствовал лишь лёгкий толчок. Непрерывный, яростный поток колдовской маны питал мою шкуру и щит, мгновенно затягивая любую царапину. Этому потоку не было конца.

Воину, закалённому в боях, хватило доли секунды на ступор. Мне хватило её с избытком. Мои четыре руки сомкнулись на нём с силой гидравлического пресса. Не бить — схватить. И разорвать. Хруст ломающихся лат и костей заглушил его предсмертный хрип. Я оторвал ему руку с оружием, затем голову. Фонтан алой крови хлынул во все стороны, но, повинуясь моей воле, ни одна капля не упала на меня. Тело я швырнул под ноги его ошарашенным товарищам, а руку — прямиком в группу магов. Голова упавшая мне под ноги , была с хрустом раздавлена моим черным копытом.

Сцена была невероятной. Тишина, наступившая после грохота и хруста, была громче любого крика.

— Против лома, — сказал я почти весело, ощущая дикий, первобытный кайф, — нет приёма.

— Б-Базель! — прошептала Ларисса. — За убийство авроратора — смертная казнь!

— А за заточение меня, Базеля Ази Дахака, в эти подземелья, — мой голос грохнул, наполняя коридор, — смерть положена вообще всем, кого я встречу!

Телекинез, послушный и мощный, как дополнительная конечность, подхватил двух оставшихся воинов, ещё пытавшихся прийти в себя. Они взмыли в воздух, беспомощные, как куклы. Я не стал церемониться. Просто сжал. Раздался влажный, кошмарный хруст, и в моей силовой хватке осталась лишь бесформенная масса, сочащаяся сквозь разорванную сталь.

Маги, побледневшие как мел, в ужасе отступили. Один махнул жезлом, воздвигнув хлипкую световую стену, и все они, забыв о достоинстве, с визгом бросились наутёк вглубь коридоров.