«Мне поручено». Не стоит особо гадать, поручено – кем.

Лицемерная доброта Блэкморта вызывает лишь зубной скрежет и желание сжать кулаки.

Как бы то ни было, мне выделяют келью, узкую, тесную, с железными решётками на окнах и видом на гору Архель, на склоне которой растёт красная лаванда. Настоящая тюремная камера, но – отдельная.

Я обязана посещать службы и соблюдать внутренний распорядок монастыря, но от тяжёлой работы меня «приказано избавить». Также я могу свободно передвигаться внутри Обители, за исключением закрытой секции, где проживают прошедшие постриг монахини. Выходить за пределы Обители мне запрещено.

День за днём я посещаю службы, по расписанию вместе со всеми ем безвкусную водянистую кашу в столовой, и я даже нашла, как быть полезной – помогаю в библиотеке реставрировать старинные книги. Благодаря тому, что я готовилась стать жрицей, священные тексты мне хорошо знакомы. Я восстанавливаю стёршиеся от времени буквы, воссоздаю порванные и изъеденные насекомыми страницы.

А ещё я каждый день сцеживаю грудное молоко, чтобы оно не пропало. Потому что твёрдо решила, что выйду из этой тюрьмы. И случится это намного быстрее, чем решил за меня Император.

Вот только я не предполагала, что это случится ещё и быстрее, чем решила я.

3.

Анабель.

Я – обычная послушница, одна из. Никто, кроме настоятельницы, не в курсе моего положения. Так лучше.

После завтрака иду через галерею в сторону библиотеки. Группа послушниц столпилась возле одного из окон и что-то внимательно там рассматривает.

Сейчас я в том состоянии, когда мало что способно вызвать любопытство, но их тревожным шепоткам это удаётся.

Останавливаюсь рядом с сестрой Корин, худенькой смуглой девушкой ниже меня на голову. Прослеживаю её взгляд, прищуриваюсь.

Вдалеке виднеется вереница военных, они движутся по дороге, огибающей Обитель, ровным строем. В хвосте отрядов громыхают телеги с провизией.

Хмурюсь и шёпотом спрашиваю у сестры Корин:

– Благости, сестра. Откуда они здесь?

В этих местах им просто неоткуда взяться, мы не граничим с агрессивными соседями, впереди леса и земли Империи, позади – неприступные горы. С кем тут воевать?

Корин накрывает рот ладошкой и доверительно шепчет:

– Благости! Ох, сестра Ана, говорят, это ближайший военный гарнизон перебрасывают к Академии Арканов. Там открылся разлом! Если это правда, то страшно представить, сколько серпентов, гарпий, потрошителей душ и другой нечисти исторгла Бездна! Надеюсь, Академия Арканов и Крепость Забвения выстоят.

– Ох. – А что тут скажешь? – Помолимся за них.

Спешу покинуть группу послушниц.

Упоминание Академии Арканов растревоживает в груди болезненную рану. Именно там, будучи в немилости и ссылке, Люциан познакомился с Реджиной. Наверняка, он часто вспоминает те времена. Год назад он даже летал туда втайне ото всех. Нет ни единой причины ему там появляться спустя столько лет, кроме как поностальгировать о былом.

Я тогда была беременна Элом, мучилась жесточайшим токсикозом и не слишком вникала в жизнь двора, а сейчас думаю – скорей всего, муж летал не один, а с ней. Этакий романтик на двоих вдали от строгих формальностей, в местах юности, полных особенных воспоминаний. Вдохновившись прошлым, почему бы не помечтать о совместном будущем, не построить планы?

О том, как выполнившая свою «задачу» клуша-жена будет списана в утиль, и её место займёт та, для которой оно всегда и предназначалось.

Ревность разливается в груди кислотой. Надо же, а я ещё могу что-то чувствовать. Ускоряю шаг, чтобы поскорее оказаться в библиотеке и погрузиться в работу, чтобы изматывающая тоска по детям, о которых я не перестаю думать ни на секунду, не съедала изнутри и не сводила с ума.

Никто не тронет твой дар, пока Я не прикажу.

Голос мужа набатом звучит в голове, когда я стою за одной из колонн, что окружают пространство и держат высокий купол зала, в котором расположен тот самый Источник. Камень под тонкой подошвой лёгких тапочек – ледяной и шершавый.

Из центра зала исходит мерный вибрирующий гул. Он проникает под кожу, пронизывает кости. Кажется, так звучит низкий тон самой жизни, вывернутый наизнанку.

Мне не следует здесь находиться. Жуткое таинство, которое вот-вот случится, не предназначено для глаз простых послушниц.

Но я хочу увидеть его своими глазами. Возможно, это избавит меня от кошмара, что снится мне здесь каждую ночь – как меня за волосы тащат к источнику, окунают в него с головой, и как неведомая древняя сила выпивает меня. Досуха.

Все принимающие постриг в монахини проходят через обряд изъятия магии, жертвуя свой дар во имя Светлейшего. И каждая делает это добровольно.

Как и сейчас.