Оказавшись в пустом коридоре, падаю на колени, больно ударяюсь ими об пол и царапаю, проезжая по камню, но у меня получается замедлить нашу небольшую процессию.

– Сестра Корин! Сестра Лина! – задираю голову, пытаясь встретиться глазами с сестрами, вдруг ни с того, ни с сего решивших заделаться палачами. – Отпустите меня!!

Ноль эмоций. Всё тот же стеклянный взгляд, будто у кукол.

– Поспешим, – настоятельница идёт впереди, факелом освещая нам путь. – Приказ нужно исполнить сейчас же.

Я умоляю снова и снова, взываю к милосердию, пугаю последствиями этого зверского насилия, снова и снова объясняю, что я не хочу отдавать дар добровольно!

Всё бесполезно, они будто не слышат. Тащат меня прочь и смотрят перед собой пустыми стеклянными глазами. Перед поворотом на галерею что-то заставляет меня оглянуться, какой-то шум за спиной.

В тенях коридора притаился силуэт в чёрном дорожном плаще. С расстояния не разобрать, мужчина это или женщина. Да и капюшон надёжно скрывает лицо. Единственное, что я успеваю заметить за мгновение до того, как меня утаскивают за угол – что-то огненно-красное, мелькнувшее в складках плаща.

Никто не тронет твой дар, пока Я не прикажу.

Слова мужа пульсируют в голове в такт вибрирующему гулу источника, над которым меня насильно склонили.

Затылок болит из-за натяжения в волосах, за которые меня держат. Я почти не чувствую вывернутых рук. Край каменной чаши молочно-белого мрамора давит в живот.

Над головой молчаливое звёздное небо и ночь, но таящийся в чаше белый свет ослепляет. Холодный, тягучий и плотный. Он голоден.

Чувствую, как тревожится моя магия. Я не хочу её отдавать! Стискиваю зубы и борюсь. Не отдам!

– Кха! – меня окунают в слепящий свет с головой.

И Источник оказывается сильнее. Он тянет из меня тёплый свет. Жадно пьёт его, оставляя взамен выжженную пустоту.

Мои слёзы смешиваются с тёплым золотистым светом, утекающим из меня, как жидкий мёд из наклонённого глиняного кувшина. Досуха.

Сон был вещим – мелькает в голове запоздалая мысль.

Внутри души, где-то перед мысленным взором танцуют три светлячка. Кажется, это последние остатки моей магии. Может, мне всё это чудится. Может, я вовсе уже умерла.

Голодная белая бездна из чаши гудит и усиливает натиск. Хочет получить всё до последней капли. Искорки вздрагивают, словно бы возмущённые чужой прожорливостью. Они начинают раскручиваться в стремительном вихре, образуя отчаянный водоворот.

И вдруг раздаётся грохот, вспышка, пространство схлопывается, вращается вокруг.

Меня отбрасывает в сторону и оглушает. Прикладываюсь затылком к чему-то твёрдому, и всё меркнет.

Не знаю, сколько проходит времени. Минута, час или несколько?

– А-ц-ц! – морщусь, с усилием разлепляю тяжёлые веки.

Отталкиваюсь ладонями от холодного каменного пола, на котором лежу, сажусь, поворачиваю голову и немею от того, что вижу вокруг.

Девочки, мы с парнями пришли поздравить вас!

Знаете, что общего у драконов и Нового года? Оба умеют дарить тепло — даже когда за окном метель.

Пусть ваш будущий год будет:

- таким же величественным, как полёт над горами;

- таким же трепетным, как первый взгляд влюблённых;

- и таким же волшебным, как обещание сказки на ночь.

Спасибо, что читаете мои истории. Вы делаете их живыми.

С НОВЫМ ГОДОМ! УРААА!

Люблю вас!

Всегда ваша Елена Солт!

4.1

Здесь будто ураган прошёл.

Стены галереи покрыты глубокими трещинами. Часть колонн повалена и разбита в крошку, одна из них чудом меня не придавила. Повсюду валяются куски мрамора.

Что-то пошло не так? В чём причина всего этого хаоса? Внутри шевелится хрупкая надежда – что, если ритуал не состоялся?

Источник молчит, и это странная, неестественная тишина. Опускаю глаза на свои дрожащие ладони. Пытаюсь почувствовать магию и… ничего.

Он всё-таки выпил меня. Насухо.

Запрокидываю голову и смотрю в начавшее сереть равнодушное небо.

– А-а-а!! – осознание столько ужасной и непоправимой потери вырывается из груди отчаянным криком.

Впиваюсь ногтями в твёрдый камень и роняю голову вниз, чувствуя, как сотрясаются в беззвучных рыданиях плечи.

Со временем, когда шумиха уляжется, и, если будешь послушной, я пересмотрю твоё будущее. В твоих же интересах быть покорной и тихой и не злить меня!

Никто не тронет твой дар, пока Я не прикажу.

Сестра Анабель пожертвует свой дар. Таков приказ.

Из груди вырывается хриплый истерический смех.

Ты дура, Анабель! Сделала всё, как он сказал! Была покорной и тихой! Послушной до блевотины! Сидела как мышь в этой унылой дыре! Надеялась на его милосердие. Верила ему до последнего, И ЧТО?!

Мерзавец и подлец Люциан Блэкморт решил не только отобрать у меня детей, но и магию отнял…