– Где мы? – спросила она, пока он вел ее по избитой тропинке.

– Немного севернее деревни, – он привел ее на небольшую поляну, которую они вчера проезжали на грузовике.

Она ахнула, закрыв рот руками, и он улыбнулся. Там стоял небольшой стол с тремя стульями, накрытый для раннего ужина. Ему даже удалось раздобыть настоящую скатерть. А как она выглядела сейчас? Чистый восторг в ее глазах стоил всех его усилий, которые он теперь должен был оказать полудюжине парней из 609-й.

– Как ты это сделал? – она подошла к столу.

– Магия.

Она бросила на него взгляд через плечо, и он рассмеялся.

– Возможно, я задолжал некоторым парням несколько услуг. Много услуг, – он наклонил голову, когда она повернулась к первому стулу. – Возможно, какое-то время у меня не будет выходных.

– И ты все это сделал ради меня? – спросила она, когда он отодвинул ее стул.

– Ну, у меня в списке было еще несколько девушек на случай, если ты мне откажешь, – пошутил он.

– Мне бы очень не хотелось, чтобы все это пропало даром, – поджав губы, ответила она. – Возможно, Мэри была бы тебе благодарна.

Он приостановился, опершись рукой о стул, оценивая ее тон. Он уже несколько месяцев летал с британцами, но никогда не мог понять, шутят они или нет.

– О, твое лицо бесценно... – она рассмеялась, и звук был так же прекрасен, как и она сама.

– А теперь скажи мне, мы ждем гостей? – она указала на третий стул.

– Я пригласил Глена Миллера, – ответил он, отодвигая стул, чтобы показать свою самую ценную вещь.

– У тебя есть патефон? – у нее отпала челюсть.

– Да, – он открыл крышку и запустил маленький портативный аппарат, наполнив тишину оркестром Гленна Миллера.

Она изучала его с выражением лица, которое он не решался назвать удивленным, но оно ему определенно нравилось. А сердце у него понеслось вскачь, как тысяча лошадей, когда он сел на стул напротив нее. Он никогда в жизни так не нервничал перед свиданием. А еще ему никогда не приходилось многократно просить о свидании.

– Не волнуйся, это обед-пикник, – он потянулся к корзине, стоящей в центре стола.

– Правда? Неужели ты не мог приложить чуть больше усилий для этого вечера? – она поджала губы, но он уже понял, что она хочет сказать, поэтому просто улыбнулся и угостил их обоих.

Это была холодная нарезка, сыр и одна очень дорогая бутылка вина, на которую у него точно не было продовольственной карточки.

– Это действительно чудесно, – прошептала она.

– Благодаря тебе. Остальное – это просто подготовка, – возразил он, когда они принялись за еду.

***

До войны она бывала на вечеринках и даже на нескольких свиданиях, но ничто не могло сравниться с этим. То, на что он пошел, было невероятно. Она на секунду задумалась, когда он пошутил, что его ждет очередь, но не стала зацикливаться на этом и портить вечер.

Бесполезно искать парашют, ведь она уже прыгнула.

– Так сколько услуг ты должен за патефон? – спросила она.

Портативные аппараты было трудно достать, не говоря уже о том, что они стоили неимоверно дорого, и она знала, сколько зарабатывают офицеры ВВС.

– Я должен вернуться живым... – он сказал это так спокойно, что она чуть не пропустила это мимо ушей.

– Прости?

– Мама дала мне его, когда я уезжал в прошлом году... – его голос слегка понизился. – Она сказала, что отложила немного на случай моей женитьбы, но потом я неожиданно объявил, что уезжаю, как выразился мой отец, «по глупости».

Ее сердце упало, когда она увидела тень, мелькнувшую в его глазах.

– Он не одобрил?

– Он не одобрил, когда дядя Вернон учил меня летать. Ему совершенно не понравилось мое решение использовать эти навыки здесь. Он думал, что я жажду драки... – он пожал плечами.

– Так и было? – ветерок зашуршал по верхушкам травы, вырвав еще одну прядь ее волос, и она быстро заправила ее за ухо.

– Частично, – примирительно улыбнувшись, признал Джеймсон. – Но я считаю, что эта война будет ра ...

– Частично, – примирительно улыбнувшись, признал Джеймсон. – Но я считаю, что эта война будет распространяться, если мы ее не остановим, и будь я проклят, если буду просто сидеть в Колорадо и ничего не делать, пока она подбирается к нашему крыльцу.

Его рука напряглась с вилкой, и она, наклонившись через небольшое пространство стола, положила свои пальцы поверх его. От этого прикосновения по ее телу пробежало легкое покалывание.

– Я, например, благодарна, что ты решил приехать, – сказала она. Этот единственный выбор сказал ей больше о содержании его характера, чем тысячи красивых слов.

– Я просто рад, что ты решила прийти сегодня вечером, – мягко произнес он.

– Я тоже.

Их взгляды встретились, и его рука с нежностью соскользнула с ее.

– Расскажи мне что-нибудь о себе. Что угодно.