Она мотнула головой, потом скривилась, втянула плечи.

— Перестань крутиться.

— Да уж. Тебе пора спать. — Её щиколотки всё ещё были сцеплены у меня на талии, поэтому я обхватил её одной рукой за спину, а другой под её потрясающую задницу. — Держись.

Она заскулила, и я медленно развернулся, понёс её в нашу постель.

Я уложил её туда, где ей и место, потом снял с неё кроссовки и носки.

— Я всегда любила твою кровать, — пробормотала она, выскальзывая из шорт, прежде чем я успел остановить её.

— Я ненавижу её, когда тебя в ней нет. — Чёрт. Эти длинные, гладкие ноги меня доконают. Я отвернулся, пока она забиралась под одеяло.

Её бюстгальтер упал на пол.

Мне бы орден святого вручить, потому что я удержал взгляд и просто стянул с себя футболку.

— Садись.

Она кое-как поднялась, и я натянул на неё свою футболку, помогая просунуть руки в рукава. Так-то лучше. Красиво и прикрыто.

Она высунула ногу из-под одеяла, поставив ступню на пол. — Тебе нужно вернуться на вечеринку. Это же твоя ночь.

Я убрал волосы с её лица.

— Поверь, Харпер, нет места, где бы я хотел быть больше. Я не был рядом, когда ты нуждалась, и знаю, ещё будут моменты, когда меня не окажется рядом, но сегодня я здесь.

— Я просто пьяна вусмерть, Нокс. Не умираю. Можешь идти вниз. Прости, если я испортила тебе вечер, — каждое слово звучало всё более невнятно.

— Честно? Вернуть тебя в нашу постель — лучший исход этого вечера, так что, думаю, мне повезло чертовски сильно. — Я улыбнулся, но она этого уже не увидела.

Она спала.

Глава тридцатая

Харпер

Лучшее средство от похмелья в мире — это вафли в Chatterbox, и передо мной лежала огромная гора с шоколадной крошкой.

— Ты правда вот так от него сбежала? — Эмерсон округлила рот.

— Я хотя бы сложила его футболку, — оправдалась я, будто это хоть как-то смягчало ситуацию. — Я была полной идиоткой вчера, Эм. Помню, как вывалила на него всё, что у меня внутри, а потом ещё и попыталась на него наброситься. — Живот скрутило от стыда… или это были остатки тошноты после вчерашнего. Я сразу же полезла в душ, как только пришла домой утром, но клянусь, казалось, будто из моих пор всё ещё сочится текила.

Оказывается, пить шесть коктейлей после пяти месяцев воздержания — не самая блестящая идея.

— Серьёзно? — её брови взлетели вверх.

Я кивнула.

— И он меня отшил. — До сих пор не могла решить, хорошо это было или плохо. — Воспоминания начинают плыть где-то с того момента, как мы оказались в ванной, но это я точно помню.

Я люблю тебя.

Вот это, я была почти уверена, я уже напридумывала в своём пьяном угаре.

Мир начал кружиться, и он уложил меня в постель.

— Эм, мне кажется, я испортила ему вечер.

Эмерсон фыркнула: — Поверь, нет. Он спустился, когда ты отключилась, и пару часов посидел с нами, а потом вернулся к тебе. И, если честно, все остальные старше двадцати одного были куда более в хлам, чем ты, к концу ночи. Я никогда не видела столько разноцветных шотов за раз. Оказывается, Инди умеет мешать адски крепкие коктейли.

— Ты не выглядишь с похмелья.

— Мы со Спенсером были трезвыми водителями, а Нокс всё время поил народ водой, пока мы развозили «пьяные посылки» по домам. — Она усмехнулась. — Так что да, ты вырубилась первой, но далеко не последней, Харпер.

От этого стало немного легче. Господи, как же тут было светло. Официантка оказалась очень милой и посадила нас у стены, подальше от окон, но даже верхний свет пробивал виски острой болью. Я заслужила каждую каплю этого мучения.

— Не могу поверить, что я вот так на него набросилась, — пробормотала я, запихивая в рот вафли и застонала от собственной тупости, радуясь, что бабуля стояла у стойки и не слышала, как я позорюсь.

— Он хороший парень, — сказала Эм, ковыряя свои панкейки. — Я видела, как сильно он хотел вернуть тебя вчера.

— Что? — вилка застыла у меня на полпути ко рту. — Ну… мы кое-что прояснили, — нахмурилась я, пытаясь восстановить в памяти разговор. — Но я думала, он пришёл за закрытием этой истории.

— Ага, как бы не так. — Она наклонила голову. — Судя по тому, что рассказал Баш, парни сцепились прямо перед оценкой, и Нокс ясно дал понять, что он сражается за тебя.

— Ты имеешь в виду со мной.

— Нет. Я сказала именно то, что сказала. — Её губы тронула улыбка. — Эти парни сплетничают хуже нас, честно. К тому же, вчера он был человеком с миссией, и эта миссия — ты.

Я старательно пережёвывала вафли.

Глаза Эмерсон вдруг расширились, когда она посмотрела мне за плечо. — Думаю, он до сих пор на миссии.

— О чём ты… — слова застряли в горле, когда я обернулась и увидела, как Нокс идёт через зал, с его аккуратно сложенной футболкой в руках. — О боже, он злой.