– Ах, ну как же! – Хелен насмешливо рассмеялась. – Вы? Женщина вашего статуса и внешности? Вы завидуете мне? Незаметной, непопулярной, отчужденной мисс Хелен Валент?

– Вам трудно в это поверить? – улыбнулась Вивиан, но ее губы дрожали, словно она из последних сил пыталась не дать себе заплакать.

Известная красавица, центр внимания каждого Сезона, на котором она появлялась в Лондоне, кумир многих молодых девушек и идеал многих мужчин сидела одна, в сумерках, плакала и словно пряталась ото всех. И на ней было лишь тонкое домашнее платье с рукавами-фонариками. На ней не было ни плаща, ни накидки, ни капора, ни перчаток.

– Боже мой, вы должно быть, замерзли! – спохватилась Хелен. Ей вдруг стало казаться, что все происходящее было просто ночным кошмаром, но, когда она села рядом с Вивиан, сняла свои перчатки и дотронулась до ладоней рыжеволосой красавицы, она поняла, что это было реальностью – ладони Вивиан были холодными, как лед.

«Сколько она просидела здесь? Она ведь замерзнет так насмерть!» – с ужасом подумала Хелен и, ни секунды не раздумывая, сняла с себя свой теплый плащ.

– Вот… Закутайтесь. Еще немного, и вы превратитесь в ледышку, – ласково сказала Хелен, набрасывая плащ на хрупкие плечи Вивиан.

– Нет, нет, вы ведь замерзните… – попыталась протестовать та.

– Мое платье поплотнее вашего, и на мне теплые перчатки. Не беспокойтесь обо мне, – тоном, не терпящим возражений, сказала Хелен и насильно закутала Вивиан в плащ.

Вивиан благодарно улыбнулась. Через несколько минут, проведенных в молчании, Хелен заметила, что ее собеседницу стало немного потрясывать – верный знак того, что она начала отогреваться. На удивление, Хелен не чувствовала холода: должно быть, пожар, все никак не унимающийся в ее груди, не давал ей замерзнуть. «Что ж, хоть какая-то от этого польза,» – с иронией подумала Хелен.

– Так что вы здесь делаете? Одна и в таком виде? – тихо поинтересовалась Хелен, однако она понимала, что, возможно, Вивиан не желала распространяться о причине своих слез и того, что заставило ее оказаться в этом парке, без плаща и головного убора.

– Сперва вы скажите, куда вы подевали ваш капор, мисс, – слегка улыбнулась Вивиан, взглянув на Хелен.

– Я поссорилась с отцом, – коротко бросила Хелен. У нее не было желания делиться с Вивиан своей сегодняшней трагедией.

– Ах, да, это все объясняет, – серьезно ответила на это Вивиан, и с ее губ сорвался доброжелательный смех.

Смех Вивиан был таким красивым и заразительным, что Хелен не могла не рассмеяться вслед за ней.

– Мой отец желает выдать меня замуж. Не только он, но и все мое семейство, – посерьезнев, все же поделилась Хелен. Она вновь вспомнила все унижения, которые ей пришлось пережить из-за ожиданий ее семьи, и это заставило ее говорить. – Увы, пока что те мужчины, которые сделали мне предложение руки и сердца, не являются достойной моему статусу парой. Но я не буду углубляться.

– И не стоит, если вы того не желаете. Но, Хелен, все же: что случилось с вашим капором и прической? – улыбнулась Вивиан спокойной улыбкой.

– Я так разозлилась на моего отца, что позабыла обо всем на свете. Я не помню, как сняла этот капор, но помню, что оставила его там, в парке дома и сбежала. Я очнулась лишь здесь, в этом незнакомом мне месте, и я испугалась. Но я нашла вас, и теперь уверена в том, что я в безопасности. – Хелен увидела, как приподнялись изогнутые рыжие брови Вивиан и добавила: – Это все вы. Если на нас нападут, вы вдруг превратитесь в рыжую львицу и растерзаете бандитов в клочья.

Услышав эти слова, Вивиан невольно рассмеялась. Это был искренний, звонкий и мелодичный смех, согревающий душу.

– Не знала, что вы обладаете таким прекрасным чувством юмора, Хелен! С вами приятно проводить время! – уняв свой смех, воскликнула Вивиан.

– А я не знала, что ваш талант очаровывать вам не подчиняется, – призналась Хелен, уже успевшая попасть под ее чары. – Мне всегда казалось, что вы очаровывайте всех нарочно, но теперь понимаю, что вы можете очаровать даже камень, просто одарив его взглядом.

Вивиан улыбнулась, но в этот раз ее улыбка была полна грусти.

– Этот талант… Он не приносит мне счастья, – тихо сказала она, смотря куда-то вдаль. – Мужчины считают, что я флиртую с ними, а их жены проклинают меня за это. Это совсем не весело, знаете ли. Да, я имею большой вес в обществе, и мною восхищаются… Но мне это не нужно. Я хочу покоя.

Хелен задумалась: только сейчас она увидела, что популярность и красота были не только благословением, но и проклятием. Да и ведь Вивиан вовсе не желала быть популярной. Как это страшно и мерзко – вызывать похоть в мужчинах и ревность в их женах одним своим существованием. Вивиан была права: ей не нужно было завидовать. Ей нужно было сочувствовать, и даже жалеть ее.

– Вивиан, вы так и не ответили, – мягко сказала Хелен, вдруг почувствовав, что может называть собеседницу просто по имени, ведь та обратилась к ней так, по-дружески, первой. – Что с вами? Как вы оказались здесь?