– Мисс Валент, я бы никогда не попросил вашей руки, если бы ни ваш отец и его увещевания в том, что он уже благословил наш брак и что мне следует лишь задать вам этот вопрос.

– Мой отец? – Хелен приподняла брови. – Мистер Блаквэлл! Мистер Валент никогда не стал бы благословлять простолюдина просить руки его дочери. Мой отец, сэр, никогда не принял бы в мужья своей дочери мужчину не нашего круга джентри. – В ее голосе появились холодные ноты, потому что она была уверена в том, что этот нахальный проситель ее руки нарочно вмешал имя ее отца, чтобы очистить свое.

– Ваш отец, мисс Валент, уверил меня в том, что вы желаете как можно скорее выйти замуж, и в том, что я вам по душе. Он попросил меня поухаживать за вами, что я честно пытался выполнить, пусть это и выглядело дешево, – совершенно спокойным тоном ответил на это мистер Блаквэлл. Но, увидев, как после этих слов преобразилось лицо Хелен, он тяжело вздохнул и усмехнулся. Но это была добрая усмешка, дружеская. – Вы гневаетесь на меня, я это вижу. И я заслужил это. Я не верил в ваши чувства ко мне, ну, нисколько, но я желаю жениться, а вы, мисс, – милы и добры, к тому же ваш отец сказал, что дает за вами две тысячи приданого. Для мужчины, как я, такая женитьба была бы верхом желаний.

Хелен застыла. Мир вдруг заглох.

Еще секунду назад она считала мистера Блаквэлла наивным и полным дерзости, но сейчас понимала, что у него не было планов нарушать приличия и просить руки благородной девушки. Это все ее отец. Ее отец попросил этого торговца шерстью жениться на ней. Ее отец даже дает за ней две тысячи… Две тысячи! Он нарочно увеличил ставку, чтобы избавиться от смирной, но надоевшей, ненужной лошади?

– Мне очень жаль, если я причинил вам боль этой правдой, мисс, – мягко сказал мистер Блаквэлл. – Прошу, давайте забудем об этой чепухе. Сделаем вид, будто мы просто прогулялись по парку, что никакого предложения руки и сердца я вам не делал. Я скажу вашему отцу, что не намерен…

– Я благодарна вам за понимание, сэр. Но я не думаю, что смогу просто забыть все это. Будьте так добры, покиньте нас и больше никогда не приезжайте в наш дом. Прошу вас… – Хелен не могла более говорить: к ее глазам подступили предательские слезы. Но мистер Блаквэлл не должен был видеть этих слез разочарования и неверия того, что ее родной отец намеревался выдать ее замуж за мужчину, ниже ее по статусу, и при этом даже посулив ему щедрое приданое.

Ее собственный отец уговаривал торговца жениться на его дочери. Должно быть, он потерял всякую надежду заполучить зятя благородной крови и решил довольствоваться зятем-буржуа. Зятем-сыном работника небольшого завода и матери-гувернантки богатой леди.

– Как скажете, мисс. Мне очень жаль, что все так вышло. Вы чисты сердцем и благородны душой, но я понимаю, что мне никогда не возвыситься до вас, и понимаю ваше нежелание унизиться до брака со мной. Я сейчас же заберу Мэри и мистера Сольера, и мы покинем ваш дом. Прощайте, мисс, и берегите себя, – сказал мистер Блаквэлл и, обойдя Хелен, быстрым шагом направился к дому.

Хелен осталась одна в парке. Она все еще неподвижно стояла, оглушенная жестокой правдой и оскобленная собственным отцом. Она не знала, куда идти и что делать. Ее сердце кричало, кровь бурлила, мысли в голове кружились таким же вихрем, как и листья вокруг нее. Хелен желала побежать к отцу, ударить его кулаками в грудь, закричать на него, потребовать у него ответа…. Но ноги не слушались ее. В один момент все чувства в ней перегорели, исчезли, и осталась лишь пустота. Она чувствовала себя погасшей свечой, треснувшей вазой, ранее склеенной, но повторно поврежденной и лишившейся воды. Вода вытекла – цветы умерли. Все умерло. Мир, осень, покой.

Найдя в себе силы, Хелен машинально сделала шаг вперед. И еще один. И еще. Затем, прийдя в себя, она обнаружила себя сидящей на скамье и держащей в руках свой капор. Ее длинные черные волосы в высокой прическе были растрепаны, но ей было все равно. Она молча сидела, смотрела на носки своих туфель и ничего не чувствовала.

– Хелен, моя дорогая! Пойдем в дом. Здесь слишком холодно для такого редкостного цветка, как ты. – Вдруг послышался знакомый, полный тревоги голос мистера Валента.

Хелен не ответила. Она даже не подняла на него взгляда.

– Ты злишься, – мягко сказал ее отец и сел рядом с ней.

– Нет. Я не злюсь, отец. Я просто не понимаю, почему вы не любите меня, – тихо ответила на это Хелен.

– Я люблю тебя. Очень. Я волнуюсь за твое будущее.

– Если бы вы любили меня, то никогда не стали бы уговаривать мистера Блаквэлла ухаживать за мной и делать мне предложение.

– Я думал, что ты имеешь к нему чувства.

Эта фраза заставила Хелен недоверчиво взглянуть на отца.

– Я? Имею чувства к нему? – Она тихо, насмешливо рассмеялась. – Отец, да вы, кажется, начитались романов! С чего вдруг я воспылаю к нему чувствами?