— Не думаю, что болезнь Лео может пройти сама собой…

Ярк тоскливо улыбнулся и пожал плечами.

— Будем верить в маленькое чудо, которое освободит вашу семью от невзгоды. Увы, мой эликсир может лишь осторожно помогать справляться. Главное лекарство здесь – это время.

— Спасибо вам.

— Совсем не за что. Полагаю, вы помните, что всё это должно оставаться между нами? Для вашего же блага.

— Да, конечно, мой муж всё ещё думает, что лекарство полностью создаю я. Это сильно поддерживает мой авторитет в доме. Пока что я не могу его лишиться.

Я не считала, что факт покупки основного ингредиента – это нечто ужасное. Но у нас с Леогардом и так не простые отношения. Не стоит подливать масла в огонь.

— Именно так, – фармацевт многозначительно закивал. – Идёмте. Я дам вам коробочку, чтобы упаковать нашего красавца. А заодно рассчитаемся.

Глава 23. Мужской поступок

Когда я вернулась из лавки трав, меня ждал новый «сюрприз». Увы, дни спокойными в этом доме попросту не бывают.

Стоял шум и гам. Ещё с порога я поняла – что-то не так. Запрятав эликсир в шкафчик прихожей, поспешила в гостиную, где был эпицентр волнений. Пальто и платок стягивала с себя уже по дороге.

— Что произошло? – спросила до того, как успела войти и осознать ситуацию.

В комнате были трое – Роза, Бекка и Престон. Последний сидел ко мне спиной и тихо всхлипывал. Женщины резко замерли, едва увидели меня. Я же почувствовала неладное, и приготовилась к новой сцене старого балета.

Обошла кресло, в котором сидел племянник, и удостоверилась в своих догадках. Он держал возле лица мешочек со льдом. Под глазом мальчика красовался огромный синяк. Тот ещё не успел налиться цветом, однако было ясно – масштаб значительный. Били кулаком точно в цель.

— Престон, – я взволнованно взяла ребенка за руку. Он потупил взгляд в пол и всхлипнул громче. – Что случилось?

В моём голосе не было осуждения. Я искренне перепугалась. Однако внутреннее чувство всё равно отсылало к той неприятной истории с Беккой. Я думала, сейчас всё повторится, но Роза вдруг с тяжким вздохом произнесла:

— Подрался с мальчишками на улице.

— Что?!

Этого я никак не ожидала. Как раз когда я уезжала, Престон освободился от уроков и собирался бежать в сад играть с соседскими ребятишками. И ведь уезжала совсем ненадолго. Когда они успели так повздорить?

— Доктор уже его осмотрел, – взволнованно добавила Бекка. – Дерби только недавно его проводил. Сказали, что глаз не пострадал. Однако синяк останется.

Я кивнула и вновь посмотрела на племянника. Он растерянно всхлипывал, но из всех сил старался успокоиться. Поднялась, села на подлокотник кресла и обняла маленького бойца. Хоть и не знала, кто именно виноват в потасовке, но хотелось его поскорее успокоить. Ему наверняка больно, но сейчас казалось, что он плачет уже от наплыва эмоций.

Когда Престон прижался ко мне, то задышал ровнее.

— Расскажи, что произошло? – попросила я вновь, гладя племянника по взмокшим волосам. – Я обещаю, не буду ругаться.

Роза и Бекка переглянулись и решили не мешать. Кивнули мне и тихонько вышли из комнаты, едва удостоверились, что у нас всё под контролем.

Престон помедлил, прежде чем ответить. Однако в итоге всё же тихонько заговорил:

— Они назвали тебя глупой служанкой.

И смолк, поджимая губы.

— Что? – я не скрывала удивления. Чуть отстранилась, чтобы получилось заглянуть мальчику в глаза.

— Говорили, что их мамы занимаются музыкой, читают и зовут в гости важных людей. А раз ты только и делаешь, что моешь посуду и готовишь, значит, ты такая же дура, как и вся прислуга.

Престону явно было неприятно повторять всё это. Он опустил мешок со льдом себе на колени и смотрел в пол. Его свободная ладонь сжалась в кулачок. Будто если бы обидчик был перед ним, он бы, не задумываясь, ударил снова.

Конечно, я знала, что дети иногда замечали в окно, как я вожусь на кухне. И поняла ещё из прошлого нашего разговора, что они над этим посмеиваются. Но никак не думала, что это всё обернется вот этим.

— И ты решил побить мальчишек, чтобы защитить меня?

Престон рвано кивнул. Наконец, он перестал всхлипывать и посмотрел на меня. Глаз уже начинал потихоньку заплывать. Скорее всего, завтра опухнет так, что ничего и не видно будет.

— Я сначала сказал им про заботу и вот это всё, что ты мне рассказывала. А они только смеялись. И тогда я ударил, – он опять приложил лед к глазу, надулся и произнес куда тише: – Но их было больше…

— Ох, мой милый, – я вновь обняла Престона покрепче. Внутри разлилась такое приятное тепло. Хотя я понимала, что нужно как-то объяснить мальчишке, что драться – это точно не выход из ситуации.

— Даже не знаю, что и сказать, – выпалила в сердцах, не найдя слова сразу. И вдруг со стороны коридора послышалось неожиданное:

— Зато я знаю.