Мы с Престоном синхронно вздрогнули. И только поэтому каждый из нас понял: ему не послышалось.

Племянник тут же вскочил с кресла. Я тоже обернулась в изумлении. Нам не привиделось. В дверном проёме стоял Леогард. Возможно, Дерби проводил врача и решил рассказать хозяину, что случилось. Но даже так я была просто поражена тому, что он всё-таки решил спуститься.

— П-папа? – не веря своим глазам, запнувшись произнес Престон.

Лео не видел нас, но слышал голоса, и казалось, что через свою белоснежную повязку он глядит прямо в нашу сторону. Генерал держался рукой за дверной косяк, но стоял ровно.

— Ты молодец, Престон, – с отцовским стержнем похвалил Лео и едва улыбнулся. – Поступил как мужчина.

Даже у меня перехватило дыхание от столь простой, но очень важной сцены. Ведь мальчик не видел своего отца уже кучу времени. Ему банально заходить в спальню не разрешали, отговариваясь вечными: «отец отдыхает, не мешай ему».

Сердце защемило. Я посмотрела на племянника и заметила, что у него глаза наполнились слезами. Мне кажется, он мог заплакать даже без похвалы. Просто потому, что снова может произнести «папа» в присутствии Леогарда.

У меня и самой слезы выступили на глазах. В отличие от меня, Престон моментально вытер лицо рукавом и очень бодро заявил:

— Пустяки! Им досталось больше, чем мне!

— Ну и славно.

Генерал уже развернулся, будто хотел вновь направиться к лестнице наверх. Но я быстро поднялась с подлокотника и поскорее спросила:

— Лео, подожди. Мы как раз собирались садиться пить чай, – пока говорила, уже оказалась рядом и взяла мужа под руку. – Пойдём с нами, пожалуйста.

Генерал вздохнул. Будто ночной зверь, которому было неуютно на солнечном свете, и он пытался забраться обратно в конуру.

— Для него это очень важно, – совсем тихо шепнула я.

— Ну хорошо, – со скрипом согласился Леогард.

Я не видела в этот момент лицо Престона. Но уверена, он забыл о любой боли из-за недавней драки.

_______________________

Приглашаю познакомиться с ещё одной историей о мачехе-попаданке :)

"Леди-мачеха для бастарда" от чудесной Адель Хайд

Ссылка:

Обращение от автора

Друзья, мой любимый соавтор Лана Кроу продолжает радовать читателей подарками в Новый год!

Приглашаю вас в бесплатную новинку "Доктор-попаданка генерала-дракона". История уже написана и будет завершена за следующие несколько дней :) а также внутри вас ждут промокоды и на другие книги!

Ссылка:

Аннотация:

— Если узнают, что наш брак — фикция, я лишусь титула, — произнёс он намеренно тихо, отчего по спине побежали мурашки. — Но ты, моя дорогая жена, лишишься всего. Так разве это не повод отказаться от твоих любовников?

Передо мной стоял мужчина, красивый мужчина, мой фиктивный муж. Хотя… вовсе не мой, а девушки, в теле которой я оказалась. Девушки, которая изменила ему и этим самым навлекла огромные проблемы, к которым ни фиктивный муж, ни уж тем более я оказались не готовы.

— Ты молчишь? — в его тоне сквозило презрение. — Не будешь, как раньше, ползать и клясться, что это сплетни?

— Я… — мой голос сорвался в шепот. Что я могла сказать? Что я не виновата? Что я — попаданка, а это все она? Что мое старое сердце остановилось совсем недавно, и я умоляю не убивать меня снова?

— Ты… — прошипел он, и его кошачьи зрачки сузились в щелочки. Мое новое, чужое сердце запрыгало в грудной клетке, готовое разорваться от ужаса. — Ты сделаешь все, чтобы исправить то, что натворила. Иначе клянусь… Я, возможно, потеряю титул и свободу. Но ты, моя дорогая, ты потеряешь жизнь. А ведь ты хочешь жить, не так ли?

Глава 24. Первые болезненные шаги

Я ощущала атмосферу неловкости, сидя за столом. Увы, просто вновь пойти на контакт – это очень мало. Мужчинам предстояло заново сблизиться, ведь Престон годы нормально не общался с отцом. Потому сейчас в его присутствии жутко робел, говорил нервно, невпопад.

Леогард не облегчал ситуацию. Он тоже был в уязвимом положении. Крепко сжимал кружку, не смея выпускать её из рук. Ничего не ел. Только медленно пил чай. И делал всё, чтобы не оконфузится из-за своей слепоты. Потому собеседник из него получался так себе. Сложно вовлечено разговаривать с сыном, когда сидишь столь напряженный, будто ждёшь выстрела.

И вот я находилась между двух потерянных человечков, которые друг другу родные и далекие одновременно.

Престон старался. Поначалу он нашёл животрепещущую тему и задорно рассказывал подробности о драке с обидчиками. Но пусть голос его звучал бодро, телом мальчишка весь сжимался в комок нервов. Отец перестал быть для него просто родным человеком, с которым комфортно. Он превратился в авторитетного цензора, возле которого не хочешь опозориться, потому стараешься контролировать каждое своё слово и действие. И это давалось довольно своболюбивому парнишке очень тяжело.