Потому что, скорее всего, так оно и есть. Что еще могло так молниеносно их сблизить? Ведь раньше Демид держал при себе нас обеих, а тут что-то заставило его буквально вычеркнуть меня из своей жизни.

С одной стороны это должно радовать. Ведь если ни я, ни ребенок ему не нужны, то он, наконец, оставит меня в покое и я забуду эту историю длиною в наш брак, в котором всегда присутствовала третий лишний, вернее, лишняя.

Но с другой стороны… Он не мог вот так взять и перечеркнуть все из-за беременности, которую мы вместе обсуждали и хотели. Или он один из тех мужчин, которые просто говорят, ничего под этими словами не подразумевая?

Понедельник и весь день вторника я провожу в состоянии, больше похожее на застревание. Никак не могу отвлечься и перестать думать о причине, по которой мой муж вдруг забыл о моем существовании.

Бог с тем фактом, что он, наконец, сошелся с Ксюшей. Наш брак сам по себе не растворится, и он как умный человек должен это понимать.

К вечеру вторника я понимаю, что так продолжаться больше не может. Он точно знает о беременности, и именно эта новость его от меня отвела. Что же, как бы сложно ни было это принимать, я собираю свою волю в кулак и понимаю: нам нужно решить, на каких условиях мы расстаемся.

И решить это как можно скорее.

Желательно прямо сейчас.

Я не знаю, где мне искать Демида, поэтому отправляюсь в квартиру его матери. Это не телефонный разговор, к тому же я не знаю, насколько сильно ее обработала тетя Каролина. Как никак они сестры, а я это так, седьмая вода на киселе. Особенно сейчас, за шаг до развода.

В окнах свекрови темно, но я все равно поднимаюсь и звоню в дверь. Мне ожидаемо не открывают, потому что дома никого нет.

— Девушка, вы кто? — зато дверь открывает соседка свекрови по лестничной клетке.

— Тетя Таня, здравствуйте, — улыбаюсь бдительной старушке.

— О, так ты же это… Валина невестка!

— Да, — уголки губ сами по себе ползут вниз.

— А почему ты не на празднике?

— Празднике? — хмурюсь. — Каком, простите? Я не совсем понимаю.

— Ну как же? Валя вся нарядная уехала где-то час назад. За ней приехал сын, муж твой. Демид. Тоже красивый весь, — восхищенно произносит тетя Таня.

У меня в висках начинает стучать. От нехорошего предчувствия.

Интересно, о каком таком событии речь?

Я перебираю у себя в голове варианты и ничего не нахожу. Даже близко по датам нет ни одного дня рождения, или праздника.

Обычно у меня хорошая память, когда дело касается дат, но сейчас в голове пустота.

— Ясно, — мотнув головой, чтобы вернуться в реальность, я корпусом разворачиваюсь к лестнице. — Спасибо, что подсказали, я пойду.

— Ты если Валю ищешь, то позвони ее сестре. Как ее там?..

— Каролине… — и вот на этом месте я понимаю, что предчувствие меня не обмануло.

— Ну точно! Ей, да. Она днем была у Вали, музыка вовсю играла. Я пошла, постучала им в дверь, безобразие же. Они открывают мне, обе с бигудями, веселые. Собирались в гости. Кажется, Каролина сказала, что вечером все собираются у нее. Да, точно сказала! Я помню.

— Вот как, — горло сдавливает. — Спасибо большое, тетя Таня. Я побежала. До свидания…

— С богом, дочка.

Как я выхожу из подъезда – не помню. Прихожу в себя только на улице, когда в лицо бьет беспощадный морозный воздух.

У меня же есть вариант не вмешиваться, да? Например, все бросить и поехать домой, вместо того чтобы…

Нет.

Это как раз таки не вариант.

Надеюсь, я не сильно испорчу праздник семье, которая давно мечтала от меня избавиться.

Глава 25.

Дорога в такси кажется невероятно долгой, хотя речь идет о жалких минутах. Я то и дело вытираю влажные ладони о джинсы и никак не могу унять внутреннюю дрожь.

Мне предстоит тяжелый разговор не только с Демидом, но и со всей четой Кузнецовых.

Я не знаю, где подчерпнуть сил, чтобы посмотреть в глаза своему страху и тем людям, которые водили меня за нос столько лет.

Но сделать это мне придется.

Выбора нет.

Особенно сейчас, когда я несу ответственность не только за себя, но и за своего будущего ребенка.

Именно своего, потому что семья Кузнецовых к нам с малышом на пушечный выстрел не подойдет!

Меня злит то, что их обман лишает меня возможности порадоваться беременности, и вместо предвкушения встречи с малышом я чувствую себя сапером на минном поле, где каждый шаг непременно должен быть продуман.

Потому что соратников, среди людей, которых я считала семьей у меня, нет, только враги.

И даже муж, любимый мужчина, на которого я смотрела как на идола, ведь он воплощал в себе мужественность, силу и защиту, оказывается все время поглядывал на сторону.

Вернее, на Ксюшу.

Которой можно делать все. И с рук ей тоже сходит все...