Ромашка кривится, но на этот раз переубеждать не спешит. Делает долгий глоток кофе. Я же смотрю на свой чай и понимаю, что меня от него воротит. Вообще от всего. От переживаний в рот больше ничего не лезет, а съеденное просится обратно наружу.

— Тогда остаётся одно, — заявляет подруга через долгую паузу.

— Что?

На её пухлых губах расплывается милая улыбочка. Та самая, которая обычно заканчивается чьим-то разбитым сердцем.

— Мы пойдём к его брату! — сообщает она ласковым тоном.

— Чего? — выпучиваю глаза на неё. — Спятила?

— А почему нет? Сама посуди, нам нужно как-то сохранить ребёнка. Если с Тамиром не прокатит, и он продолжит настаивать на своём, то останется только этот вариант. Нам надо убедить его в том, что ты никогда-никогда в будущем не явишься к ним на порог, требуя обеспечить ребёнка деньгами. Напишешь расписку, или что там ещё потребуется. Договор? Покажешь ему свою лояльность…

— Нет! — перебиваю я её. — Ни за что! А если он не выпустит нас из своего дома просто-напросто? Если закинет в машину и так же насильно отвезёт на аборт?

— Хм… Об этом я не подумала, — морщится Ромашка. — Тогда не знаю, — сдаётся со вздохом.

Вот и я не знаю…

До конца учебного дня провожу, как на иголках. Все лекции проходят мимо сознания. Записываю их на автомате, не вникая. Всё пытаюсь придумать, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Как мне убедить Тамира не вмешиваться и оставить меня в покое? И что делать, если он откажется?..

Будь проклят тот день, когда я согласилась пойти с ним на свидание!

Не пошла бы, не страдала теперь так.

По итогу так и не придумываю ничего толкового, кроме того, чтобы обратиться за помощью к родителям. Надеюсь, они меня поддержат. А если нет… Тогда и решу, что делать дальше.

Или нет…

Ведь стоит нам с Ромашкой покинуть универ и подойти к дороге, как рядом тут же тормозит знакомый по утру внедорожник. Со стороны переднего пассажирского места открывается дверца и из неё наружу выбирается крупный бритый мужчина в костюме.

— Альбина Мансуровна, будьте добры проехать с нами, пожалуйста, — сообщает грубым басом.

2.2

Его слова сопровождает открытая задняя дверца.

Переглядываюсь с Ромашкой, после чего мы синхронно отступаем от незнакомца на шаг.

— Спасибо, мы как-нибудь сами доберёмся до дома, — сообщает подруга.

— Альбина Мансуровна, наш босс дал нам чёткие указания доставить вас к нему любыми способами. В том числе и в багажнике, если вы вдруг откажетесь сотрудничать, — спокойно произносит мужчина, игнорируя слова Ромашки.

Смотрю на него в шоке. Кошусь на проходящих мимо студентов, раздумывая, сколько из них откликнется на призыв о помощи, если закричать. После слов про багажник, это особенно остро тянет совершить. Жуткие типы. И босс их такой же, раз они на него работают. А значит, мне точно не о чем с ним разговаривать.

— Спасибо, что предупредили, но я всё-таки, пожалуй, откажусь, — выдавливаю из себя милую улыбку. — Если вашему боссу так надо со мной пообщаться, пусть самолично назначает встречу, желательно в более подходящем месте, куда не надо будет добираться таким неудобным способом.

Ловлю на себе смеющийся взгляд Ромашки и улыбаюсь ещё шире.

И сама не знаю, откуда во мне берётся эта смелость, когда внутри всё натянуто от страха.

Ну, Тамир! Попадись мне только на глаза. Выцарапаю их ему. Чтобы больше не пугал так беременную девушку.

А пока…

Пока я бегу. Рядом, тяжело дыша, несётся Ромашка. Мы с ней стартуем, не сговариваясь. Точно уверенные друг в друге. Несёмся в противоположную дорожному движению сторону. Чтоб нас не могли догнать на машине.

Впрочем, мужчина и не гонится. Даже вслед нам не смотрит. Кому-то звонит. А мы продолжаем бежать, пока не достигаем остановки, возле которой тормозит автобус. Влетаем в него, даже не посмотрев на номер. Плевать, куда он следует, лишь бы подальше от преследователей.

— Да что за фигня? — с хрипом выдыхает Ромашка, падая на пустующее кресло. — Они теперь везде за нами ездить будут?

— Понятия не имею, — признаюсь честно, усаживаясь рядом.

Тоже тяжело дышу, после внепланового спринта.

— Да это теперь и в магазин не выйти, получается?

— Скажи спасибо, что домой не запёрлись, — ворчу.

И тут же в ужасе смотрю на Ромашку. У той вид не лучше. Ей в голову пришла та же самая мысль. Они вполне могут заявиться и в квартиру, грубой силой утащить, куда им надо.

— К родителям, — произносим мы хором.

Так же синхронно киваем друг другу, соглашаясь со сделанными выводами.

Нет, есть конечно ещё вариант реально встретиться с Тамиром, но я не решаюсь. Ну нафиг! А вот гневное сообщение ему направляю.

“Хватит меня преследовать. Я всё равно не сделаю аборт”.

А ответом становится короткое:

“Ну и дура”.

То есть эти два бугая реально от него...

Показываю переписку Ромашке, и она смачно ругается.

— Придурок ненормальный! — единственное, что слышно от неё из приличного.

Вздыхаю.