— Неправда. Ты первая предложила посмотреть сериал перед сном, — доносится с пыхтением из соседней комнаты.

— А ты убедила досмотреть все серии до конца, — парирую, втягивая живот, чтобы застегнуть всё те же дурацкие джинсы.

— А ты могла меня отговорить! — не сдаётся Ромашка.

Фыркаю на это и молчу. И сама прекрасно понимает, какую глупость сказала. Её отговорить, если она горит какой-то идеей — проще поезд с места сдвинуть вручную.

— Ладно, ладно, не ворчи. Давай лучше скорее собирайся, а то в самом деле на автобус опоздаем.

Да собираюсь я!

Как раз стаскиваю с себя пижамную футболку, заменяя её белым топом и красным лонгсливом.

Хорошо, хоть сумки у обеих с вечера собраны, не приходится ещё и на это тратить время.

Из квартиры мы не выходим, выбегаем. Чуть не сносим старушку-соседку, возвращающуюся из магазина, и под её ворчание со смехом летим по лестнице вниз.

— Простите! — кричим уже с нижнего этажа.

Ромашка впереди, я позади. В её спину я и врезаюсь, когда она вдруг резко тормозит.

— Эй, ты чего? — потираю нос, ушибленный о её спину, скрытую короткой чёрной шубкой.

Подруга не отвечает, продолжая стоять в подъездных дверях, глядя куда-то вперёд. Приподнявшись на носочки, я пытаюсь рассмотреть причину такого ступора через её же плечо, но ничего не вижу.

— Ромаха, харэ статуей притворяться, опоздаем, сама же говорила, — толкаю её вперёд.

Та отходит, но глаза-блюдцы по-прежнему направлены куда-то вперёд. Следую за её взглядом и тоже зависаю.

Перед подъездной дорожкой стоит огромный чёрный внедорожник. Красивые формы, матовое покрытие, затемнённые стёкла. Всё в нём кричит о дороговизне и статусе, совершенно неподходящие нашему району. Ему бы больше подошёл дорогой коттедж под боком, а не старенькая высотка, построенная в девяностых годах, с давно выцветшим фасадом.

Однако интересно…

— Как думаешь, к кому это чудо заграничной инженерии приехало? — шепчет подруга, едва шевеля губами.

— Понятия не имею, — отзываюсь так же тихо. — Может к Надьке с пятого?

— Да, на неё похоже. Хотя и слишком жирно.

Надька у нас из тех, кто, как говорится, ищет лёгкой богатой жизни. К ней часто приезжают мужчины на дорогих тачках. Но не на таких. Эта напоминает больше шедевр искусства, чем машину. И выглядит, будто только с конвейера.

Вот и Ромашка призадумывается сильнее.

— Нет, — постановляет итогом мыслей. — Слишком круто для нашей соседки. Может новые жильцы?

Смотрю на транспорт, на нашу старушку-многоэтажку и качаю головой.

— Вряд ли те, кто ездят на такой тачке, станут селиться в такую развалюху, — добавляю вслух.

— Ну да, — тянет подруга.

А вот я больше не тяну, толкаю её вперёд, заставляя отойти от подъезда.

— Мы опаздываем, — напоминаю попутно. — Если это новые жильцы, ещё не раз увидим, а если нет, то и фиг с ними. Постоят и уедут.

— Но всё же интересно, к кому приехали с таким шиком, — продолжает любоваться тачкой она, пока я толкаю её дальше из двора.

Лично мне вот не интересно. До приезда автобуса на нашу остановку остаётся меньше десяти минут, а нам ещё дойти до точки посадки надо. Так что беру Ромашку под руку и уже насильно тяну за собой.

К чёрту дорогие машины, когда учёба на кону!

Подруга тоже наконец об этом вспоминает, прибавляет в шаге. С которого мы сбиваемся, когда она тихо замечает:

— Кажется, она за нами едет.

Оборачиваюсь. И правда. Машина медленно движется по дороге следом за нами.

— Да просто тоже уезжает, — отмахиваюсь от её слов.

Какая разница, едет она или нет? Нам стоит поторопиться.

Вот только мы покидаем двор, сворачиваем в другой, срезая путь до остановки, а машина как ехала за нами, так и продолжает.

— Может Тамир? — щурится Ромашка, оглядываясь то и дело назад.

— Нафига ему за мной следить вот так?

Не то, чтоб он не мог. Семья Тамира довольно богата. Родители давно погибли, а вот брат владеет сетью грузоперевозок, если я правильно помню из его рассказов. Так что нанять кого-нибудь, чтобы следить за мной, он действительно мог при большом желании.

— Решил узнать, сделаешь ты аборт или нет? — предполагает подруга. — Или наоборот проследить, чтобы сделала…

По телу неприятная дрожь несётся.

А вдруг правда?

— Нет, вряд ли, — тут же отвечаю и себе, и Ромашке. — Он бы не прятался. Сразу бы наехал, а то и в машину уже затащил и повёз, куда ему надо.

— Может он тебя проверяет таким образом?

— Зачем?

— Ну мало ли.

Мы проходим ещё немного, прежде чем я всё-таки торможу, делая вид, что перешнуровываю ботинки. Машина тоже тормозит.

Значит и правда за нами следят.

Желание подойти и узнать напрямую обо всём сдерживаю усилием воли. Не хватало ещё на неприятности нарваться.

— Давай наперегонки через соседний двор, — предлагаю вместо этого.