— Просто отнеси в постель, Зевандер, — попросила она, не отвечая Бранимиру. — Сейчас никого не хочу видеть.
Зевандер посмотрел на брата. Тот потёр затылок и тихо ушёл.
Проходя мимо Рикайи к двери, Зевандер увидел её прищуренные глаза и покачивание головы. За сжатыми губами наверняка теснились едкие слова, но она промолчала.
Он понёс Маэвит по коридору к лестнице в верхние спальни.
— Что случилось?
— Не знаю. Читала, а потом проснулась от того, что ты трясёшь. Наверное, была измотана.
Она зевнула и уткнулась в шею, играя пальцами с волосами.
— М-м-м. Ты вкусно пахнешь.
Голодные губы нашли шею. Он повернул голову.
Не хотел отвергать её. Даже при таком странном поведении она разогревала кровь. Но что-то было неправильно.
Ногти впились в шею, зубы коснулись челюсти.
— Отнеси в постель и трахай, пока не забуду своё имя.
Зевандер нахмурился. Смелая просьба нравилась; он охотно исполнил бы её. Но для Маэвит была совершенно несвойственной.
Он подтолкнул дверь спальни и перенёс её к матрасу.
Когда отстранился, она вцепилась, притягивая обратно.
— Пожалуйста. Так давно не чувствовала тебя внутри.
— С сегодняшнего утра, — возразил он, снимая руки с шеи. — Сейчас ты не похожа на себя.
Она снова нахмурилась.
— Ты мне откажешь?
— Тебе нужен отдых.
— Мне нужно твоё семя.
Она села и потянулась к завязкам брюк, но он поймал запястье прежде, чем развязала. Губы растянулись в улыбке, слишком порочной для знакомой Маэвит.
— Если не дашь, может, поищу в другом месте.
Мысль подняла жестокую ярость, но он подавил её и положил ладонь на живот Маэвит.
— Сначала отдых. Потом поговорим.
— Не хочу разговаривать.
Она наклонилась, скользнув губами по его губам.
— Скажи, что не думаешь вонзить этот огромный чле…
— Хватит.
Проклятые боги, ей достаточно было коснуться паха, чтобы узнать правду. Но он чувствовал странность и не осмелился бы взять её в таком состоянии.
— Когда ты последний раз ела? — спросил, меняя тему.
Глаза, следившие за губами, поднялись. Она легла на подушки.
— Понятия не имею. Какая разница? Мне хочется не еды.
Он обхватил лицо, погладил нижнюю губу. Она втянула большой палец в рот и провела губами по его длине.
Тело почти содрогнулось, но он отдёрнул руку и выпрямился.
— Принесу кувшин воды.
— Пусть слуги принесут.
Он искал в глазах смешинку, знак, что она шутит, и покачал головой.
— Ни слова не сказала похожего на ту Маэвит, которую я знаю.
— Знакомая тебе Маэвит слаба. Хочу быть сильнее. Смелее.
Она схватила его за бедро, впиваясь ногтями в мышцу через кожаные брюки.
— М-м-м. Хочу, чтобы эти сильные бёдра сжимали меня и вталкивались внутрь.
Лукавая улыбка озарила глаза. Она перевернулась на живот и подняла платье, обнажая зад. Раздвинула ноги и стала тереться о матрас, дразня его.
— Если не доставишь удовольствия, сделаю сама.
Протянула руку между бёдер и провела пальцем по плоти, рисуя маленькие круги возле входа.
Член почти сам выбрался из брюк. Грёбаный ад, нужно отвернуться.
Но, переведя взгляд, Зевандер заметил в окне тёмную фигуру у ворот.
Игнорируя Маэвит, подошёл к стеклу и всмотрелся. Отсюда было слишком темно для подробностей.
— Иди, любимый. Возьми меня. Я готова.
Её голос с придыханием был таким чувственным, что почти отвлёк его от того, что скрывалось снаружи.
Стук в дверь заставил его отвести взгляд. Он повернулся: Маэвит упала на кровать, лицо омрачила досада. Зевандер пересёк комнату и открыл. Вендрик стоял с поднятым подбородком.
— Простите за беспокойство, хозяин. У ворот Дравиен Ноквейн. Просит вас.
Зевандер скрипнул зубами. Что бы Маэвит ни рассказывала об элвинире, тот наверняка участвовал в её захвате у арки.
— Отправить его прочь? — спросил Вендрик.
— Нет, — процедил Зевандер. — Пропусти. Если дрэйки не съедят, сам разберусь.
Глава 55
Маэвит
— Я пошла за ней в лес, — сказала я.
С другого края поля асфоделей смотрела на Алейсею. Она стояла нагой перед костяной аркой, напрасно пытаясь прикрыться руками в синяках.
— Тогда мы и наткнулись на Умбравале.
— Шлюха! — выкрикнули из толпы.
Я стиснула зубы. Каждая мышца требовала бежать к сестре, наказать людей, спасти её. Но вместо этого я замерла.
— Не завидую, — сказала двойница рядом. — Идти против своих инстинктов всегда трудно.
— Если сделаю это, вернусь. А ты останешься здесь.
— Да.
— Почему так хочешь остаться?
Она опустила глаза.
— В моём мире я его потеряла. Наша любовь была запретной. Его убили, а меня сожгли как ведьму.
В глазах блеснули слёзы.
— Здесь могу спокойно любить его. Даже если это только сон.