Бо́льшая часть вещества, собранного Зевандером за годы, была в виде украшений высшей знати. Безделушек.
— Возможно, теперь он спасёт деревню.
Зевандер повернулся к собравшимся и провёл пальцем по шероховатому лезвию.
— Сопротивление будет больше. Может застревать.
— Да, немного застревает. Но попади точно — достаточно одного удара.
Обхватив рукоять двумя руками, Корвин для примера ударил своим мечом вниз.
Торрин нахмурился.
— Более неуклюжего зрелища не видел, — пробормотал он.
— Мы не танцевать с ними пришли. Если определённым образом поразить мутантов вивикантемом, они не размножаются.
Зевандер поманил Адиру и Корвина.
— Может, покажете правильный удар.
— Правильный? — Торрин скрестил руки. — Этот увалень держит меч, словно грёбаную верёвку.
Зевандер фыркнул и бросил меч товарищу Леталишу.
— Увалень сам уничтожил немало мутантов.
— Правда, — добавил Лотар, разглядывая свой меч, окунутый в вивикантем. — На удивление хорош.
Корвин улыбнулся и махнул рукой.
— Ну, теперь просто раздуваете моё самомнение.
— Тогда оставлю обучение вам.
Зевандер кивнул на деревянную глыбу размером примерно с большинство виденных мутантов.
— Упражняйтесь там. Стойка и удар.
— Глыба дерева — едва ли восьминогий паук, бросающийся с клыками, — усмехнулся Корвин. — Но справимся.
— Хорошо.
Зевандер кивнул Маэвит.
— Иди со мной.
— Это тренировка, а не свидание.
Весёлый голос Рикайи раздражал. Хотя Зевандер солгал бы, сказав, что вид лунной ведьмы в тренировочной коже не будит непристойных мыслей.
Маэвит пошла за ним в угол, где Долион, скрестив ноги на полу, изучал книги.
По другую сторону мага, сгорбившись у стены, сидел Гаврош. Он смотрел на принцессу Калишу, потягивавшую чай. В голубом шёлковом и атласном платье она казалась здесь совершенно неуместной. Принцесса улыбнулась мальчику, поманила, но тот вздрогнул и отодвинулся. Бедняга, наверное, никогда в жизни не подходил так близко к королевским особам. Со спиндингами всегда обращались как с паразитами. Всю жизнь опрыскивали очищающей магией, будто те повсюду разносили болезни.
Принцессу, похоже, это не заботило: она просто подвинулась к нему.
Когда Зевандер наконец повернулся к Маэвит, он чуть не пустил слюни, словно подросток. Она скрестила руки, приподняв грудь. Он заставил себя отвести глаза. Тренировка требовала сосредоточенности и дисциплины, а он пялился, будто никогда прежде не видел женской груди.
Он откашлялся.
— Хочу проверить, как ты управляешься с пламенем.
— Думала, тебя это раздражает.
Никогда не раздражало. Наоборот, прошлый раз невероятно возбудило. Напоминание держать себя в руках, иначе весь зал узнает, как отчаянно он хочет её трахнуть.
— С тех пор мнение изменилось, — ответил он, подзывая пальцами. — Посмотрим, можешь ли призвать сама.
— Думаю, это маловероятно.
Долион отложил книгу, взял другую и перелистнул страницы.
— Управлять пламенем она может, да. Но для призыва нужна связь. Подобная Эмберфорджу.
— Что самое худшее может случиться?
Зевандер подцепил тунику и стянул через голову, бросив в сторону. В глазах Маэвит мелькнуло восхищение.
— Постоим, держась за руки, как дураки.
Указал на шрам над сердцем, оставшийся с тех пор, как младенцем его бросили в пламя.
— Сосредоточься на глифе.
Нахмурившись, она посмотрела и покачала головой.
— Кажется, самый сложный знак из всех, которые пыталась запомнить.
— Потребуется время. Но попробуй.
Она подошла, не сводя глаз с отметины. Он повернул её ладонь вверх.
— Видишь в голове?
— Какой? Здесь четыре глифа в одном.
— Слева направо. По одному. Скажи, когда готова.
Она вздохнула.
— Если ожидания совсем низкие, попробую сейчас.
С ладонью между ними закрыла глаза, крепко сжав губы.
Ничего.
Открыв глаза, покачала головой.
— Уже половину забыла.
— Ещё раз. Сосредоточься. Забудь об остальном.
Долго выдохнув, она кивнула и снова посмотрела на грудь. Затем закрыла глаза. Проходили секунды.
Ни грёбаной искры.
— Доблестная попытка, — сказал рядом Долион. — Но, как говорил, даже запомнив глиф, пламя не могут призвать и маги. Этот дар лишь у тех, кого им закалили.
— Подожди.
Маэвит взяла руку Зевандера и прижала к своей.
— Помнишь, в землях смертных ты впал в Калигорью? Касаясь твоей руки, я чувствовала внутри пламя. Оно словно притягивало.
Нахмурившись, Зевандер поднял вторую руку и тоже приложил ладонь к её ладони. Однажды направлял в неё пламя в кабинете, когда впервые поцеловал. Её способность выдержать Сейблфайр поражала, но тогда призывал он, вводил в неё сам. Боги, он почти снова ощущал восхитительное жжение в мышцах.
Её губы раскрылись с тихим выдохом, глаза закрылись.