И почему она так свободно говорила о подобных вещах с этим уродливым незнакомым орком, она уразуметь никак не могла — но в наблюдающих черных глазах Эфтерара проскользнул лишь отблеск понимания или даже сочувствия.
— Что ж, давай-ка проверим это, почему бы и нет, — произнес он с подчеркнуто спокойным, рассудительным тоном. — Ты не против, если я осмотрю тебя, просто чтобы подтвердить кое-какие вещи?
Роза рискнула снова посмотреть на Джона, и тот ответил ей крошечным, почти незаметным кивком.
— Но во время этого Эфтерар позволит Сальви помогать, — плоско произнес Джон. — Ach?
Джон резко перевел взгляд с Эфтерара на Сальви, пока говорил, намекая на какой-то подтекст, который Роза не могла уловить, — и в ответ Эфтерар вздохнул и закатил глаза.
— Да, хорошо, — огрызнулся он тоном, внушавшим, что всё вовсе не «хорошо». — А теперь не могла бы ты лечь, Роза?
Спорить не казалось разумным, поэтому Роза послушно вскарабкалась на стол и легла, потянув вниз свободную тунику. Это было почти как те несколько раз, когда она посещала врача во время учёбы, и неожиданная узнаваемость обстановки странно успокаивала — несмотря на твёрдый, бескомпромиссный камень под спиной и тот факт, что над ней теперь возвышались четверо огромных, смертоносных орков.
— Могу я прикоснуться к тебе? — спросил Эфтерар, отчего Роза вздрогнула, но рука Джона опустилась на её плечо, слегка сжав его. «Да, сделай это, будь храброй, порадуй меня», — без слов говорил этот жест, и Роза тут же, судорожно кивнула, отчего на уродливом лице Эфтерара появилось выражение, почти похожее на забавление.
Однако первое прикосновение рук Эфтерара — как ни странно, без когтей — к талии Розы поверх туники было осторожным, отстранённым, профессиональным. Он надавливал очень мягко, затем переместил ладони ниже, влево, вправо.
— Она действительно полна твоего семени, брат, — произнёс он, пока его руки продолжали двигаться. — Ты полностью опустошил себя?
Пальцы Джона судорожно сжались на плече Розы, а быстрый взгляд на его лицо показал сжатые челюсти и сузившиеся, неодобрительные глаза.
— Ach, — отчеканил он плоским голосом. — Только один раз.
Эфтерар пожал плечами, словно это не имело никакого значения, а стоявший рядом Сальви заметно скривился.
— Когда у тебя были последние месячные, женщина? — вмешался Сальви, отрывисто, но деловито. — Они идут регулярно, каждую луну?
Роза мысленно вернулась назад, отсчитывая дни и недели.
— Нет, они уже какое-то время нерегулярны. Последние были несколько месяцев назад, кажется.
К смутному удивлению Розы, Сальви откуда-то достал бумагу с углём и делал пометки, пока Эфтерар медленно перемещал руки выше, к её ключицам и шее. Его уродливая голова наклонилась, взгляд стал отстраненным и задумчивым.
— И что именно, — услышала Роза собственный голос до того, как успела прикусить язык, — вы делаете прямо сейчас, мистер Эфтерар? С этим?
Пальцы Джона на её плече сжались сильнее, но лицо Эфтерара снова выражало лишь лёгкую иронию. Его рука осторожно переместилась к боковой части её горла, где — Роза изо всех сил старалась не шевелиться — она ощущала отчётливый укол боли, без сомнения, оставленный когтями Джона прошлым вечером.
— Я родился с определённым родом древней силы, — сказал Эфтерар, теперь нахмурившись, глядя на её шею. — С той, что вплетена в историю моего клана. И с её помощью я могу видеть — или, точнее сказать, чувствовать — изнутри других живых существ. Я ощущаю то, что чувствуют их тела. Больше всего я чувствую боль или то, чему там не место.
Это было поистине завораживающе, вынуждена была признать Роза, особенно потому, что этот момент ни разу не упоминался во всём том множестве книг, что она прочла. Орков, разумеется, неоднократно обвиняли в тёмной магии, но, что не удивляло, всё это всегда сводилось к привычным ужасным целям вроде увечий, насилия и разрушения. Но никак не… исцеления.
— Значит, вы можете чувствовать чужую боль, — произнесла Роза, — и что потом? Вы можете сделать её слабее? Или сильнее?
Это казалось чрезвычайно могущественным — и опасным — навыком, но Эфтерар снова кивнул.
— Бывают времена, когда худшее — это как раз то, чего желают, — произнёс он твёрдо, хотя Роза не упустила отчётливого отвращения в его голосе. — Как, по словам Джона, ты желаешь сейчас.
Верно. Роза почувствовала, как тяжело вздохнула, её взгляд снова метнулся к Джону — но тот в данный момент свирепо смотрел на Эфтерара, выпятив нижнюю губу.
— А о чём Эфтерар не любит говорить, — резко брякнул Джон, — так это о том, что его магия клана Эш-Кай не может предсказывать, понимать или объяснять. Она может лишь чувствовать и действовать в данный миг, но не до и не после. Этого недостаточно.
А вот это был интересный момент, подумала Роза, глядя на Сальви, который всё так же сосредоточенно писал на бумаге, поджав губы. Эфтерар тоже посмотрел на Сальви, прищурив глаза, и его рука резко опустилась с шеи Розы.