Он нашел два бокала, а я достала штопор из ящика. Если мы и правда собирались вот так разговаривать, мне понадобится вино.
— Нет. А ты?
Комната затихла. Я села рядом, скрестила руки на груди. Генри обреченно вздохнул и наконец сдался.
Он провел рукой по коротким черным волосам.
— Я разговаривал с Маркусом.
При звуке его имени я невольно выпрямилась. Мне все сильнее хотелось чаще видеться с Маркусом. Пока его не было, у Генри появился шанс наладить отношения с Ксандером. Я хотела того же с Маркусом.
Ладно, возможно, я хотела немного большего. Но мне хватало ума не забивать себе голову глупыми фантазиями о Маркусе. С серьезными отношениями у него было еще хуже, чем у Ксандера. А это уже серьезная планка.
— Последние несколько лет я был не самым хорошим братом, да?
Маркус сумел до него это донести? Все и так было очевидно, но Ксандер уже не первый месяц буквально кричал Генри об этом – и без толку.
— Не особо, — я разлила вино по бокалам и подошла к плите за едой. Дал и рис. Сегодня хотелось чего-нибудь домашнего и уютного. — Я тоже была не идеальна, — призналась я.
За последние три года Генри из вполне нормального парня превратился в человека, которого я едва узнавала. Он настолько зациклился на том, чтобы соответствовать ожиданиям отца, что начал отталкивать самых близких. Отсутствие Маркуса, скорее всего, только все усугубило.
Да и я ситуации не помогала. Годами меня бесило, что Генри считался наследником по умолчанию, хотя никто никогда даже не обсуждал, кто из нас на самом деле больше подходит для этой роли.
Когда я наконец это приняла, то постаралась двигаться дальше и проложить собственный путь. Я знала, что фамилия открывала передо мной двери, но все равно гордилась тем, чего добилась сама. Меня не задевало равнодушие некоторых родственников. Но когда мои достижения обесценивал Генри, внутри вспыхивала ярость, которую я копила, а потом выпускала наружу самыми неудачными способами.
— Расскажи про Лондон, — выражение его лица было искренним. Он пытался все исправить, а мне предстояла грандиозная задача: проглотить злость и позволить ему это сделать.
Я рассказала. И впервые за долгое время мне казалось, что я снова разговариваю со старшим братом, а не с придурком в костюме, который изображает генерального директора. Когда я рассказала о шансе стать старшим партнером, в его глазах появилась настоящая гордость, и я вдруг почувствовала то одобрение, которого уже не надеялась получить. Его мнение обо мне значило для меня куда больше, чем хотелось признавать.
В ответ Генри поделился тревогами о том дне, когда ему придется возглавить компанию, и проблемами, с которыми уже сталкивался по мере того, как брал на себя все больше обязанностей в «Amari Global». Раньше он обсуждал такое с Маркусом. Что вполне логично: по сути, они занимали схожее положение в разных компаниях. Ксандера, которому все, что касалось этой отрасли, было решительно неинтересно, это никогда не задевало. А мне всегда казалось, что меня немного обделили.
— Думаю, он передаст компанию сразу мне, — произнес Генри после нескольких минут молчания. В его голосе слышалась тревога.
Папа совершенно не подходил для роли генерального директора, и давление постепенно его ломало. Это было видно и по тому, как часто он теперь отсутствовал, и по маме, которая в последнее время казалась совершенно потерянной. Мужчина, за которого она когда-то вышла замуж, словно исчез, а вместо него остался человек, которому никогда не следовало руководить компанией.
— Дед пока не собирается уходить на пенсию, — по крайней мере, никаких планов на ближайшее время он нам не озвучивал. У Генри еще было время подготовиться.
— Когда это все-таки случится, мне, наверное, понадобится помощь, — он уставился на ножку бокала. Генри редко просил меня о помощи. В такие моменты я снова видела в нем того мальчика, которым он был в детстве. До появления Ксандера именно Генри был человеком, которому я рассказывала все, и моим лучшим другом. Мы были очень близки, пока до нас окончательно не дошло, кому однажды предстоит возглавить компанию.
Мне и раньше предлагали войти в руководство «Amari Global». Я действительно об этом думала, но моя собственная карьера стремительно шла вверх. Переход туда ощущался бы как шаг назад, даже если бы я стала вторым человеком в компании.
А я хотела быть первой. И в своей фирме у меня действительно был такой шанс.
— Думаю, Маркус будет советником получше меня.
Это не было ответом. Да и в реальности такой вариант был невозможен. «Sutton Industries» теперь превратилась в гиганта. Одних конфликтов интересов хватило бы, чтобы привлечь внимание регуляторов.