— Кто заказал автомобиль? — спросил Всеволод.
— Заказали по телеграфному распоряжению его светлости из Пскова. Вчера днём. Теперь о другом, — продолжал Обручев. — Князь ездил в Псков со Всеволодом Кирилловичем. Об этом было известно.
Он поднял глаза на моего мужа и задержал взгляд.
— Выходит, вы последний, кто видел князя и говорил с ним.
Всеволод с ответом не торопился.
— Из тех, кто сидит за этим столом, да, — согласился он. — Мы приехали одним поездом. На перроне князь сказал, что заедет сюда, кое-что записать. Я предложил проводить. Он отказался. Это было в начале одиннадцатого. Дома я был около одиннадцати. После меня князя видели водитель и дежурный. Дежурный и был последним. Если не считать того, кто Дмитрия Павловича убил.
Обручев побагровел по самую шею.
— А кому телеграфировал князь? — спросила я.
— В канцелярию, Александра Николаевна, — нехотя отозвался генерал.
— Позвольте вопрос, Всеволод Кириллович, — заговорил Воронцов.
До сих пор он молчал, и я почти забыла о нём.
— Что вы с Дмитрием Павловичем делали в Пскове?
— Государю известно, — ответил Всеволод. — Этого довольно. Если он сочтёт нужным, вы узнаете от него.
На том и закончили. Обручев поднялся первым, за ним остальные. Наталью Михайловну наконец увели: Павел Дмитриевич взял её под руку, и на этот раз она не спорила. Шереметев уехал в министерство. Пётр Сергеевич задержался у окна с Воронцовым, и о чём они говорили, я не слышала. Всеволод подошёл ко мне.
— Пойдём, — сказал он тихо. — Хочу, чтобы ты взглянула на щиты.
Мы прошли здание сверху донизу. Всеволод шёл чуть впереди, открывал двери, и я смотрела. Обход занял без малого час, потому что мы проверили каждое окно и каждую дверь.
— Целы, — подтвердила я в конце. — Все до единого.
Всеволод кивнул, словно этого и ожидал.
— Значит, кто-то свой, — вздохнул он, и я поняла, что до последнего он не хотел в это верить, а сейчас смирился.
Если щиты не тронуты, стало быть, убийцу в здание пустили, и ни у кого он не вызвал подозрений.
— Почему Обручев на тебя так ополчился? — задала я вопрос, который мучил меня с первой минуты, как генерал заговорил.
Муж резко выдохнул носом.
— Я человек Юсупова.
— Ты руководишь охраной Государя.
Всеволод усмехнулся, но тотчас стал серьёзен.
— Они не ладили, генерал и князь. Обручев считал ниже своего достоинства заниматься хозяйственной частью. Ничего другого ему не оставили, и он уверен, что, дозволь ему Государь, он управился бы с Присутствием не хуже. — Всеволод помолчал. — Может, и управился бы. Но он не маг, Саша.
— Не маг? — я посмотрела на мужа. — Глава Присутствия?
— Конечно. — Всеволод спокойно кивнул. — Государю нужен был кто-нибудь на эту должность. А из одарённых никто не шёл. Служить в тени Юсупова, считать бумагу да чернила и подписывать то, что князь решил без тебя? Таких охотников не нашлось. Обручев пошёл. Он не выродок, у него просто нет дара, и в Присутствии об этом знали все. Князь стоял ему поперёк горла одиннадцать лет.
— Так это ему впору с себя спрашивать! — я не сдержалась, и голос гулко прокатился по пустому коридору. — Где он сам был, когда князя убили? А он тебе говорит, что ты последний, кто видел...
— Тише, тише, — Всеволод взял меня под локоть и слегка сжал. Уголок рта у него дрогнул. — Я и не знал, что женат на дознавателе.
Я слабо улыбнулась. Злость не прошла, но стало легче.
— Идём, — муж повёл меня к лестнице. — Хочу успеть потолковать с Игнатом, пока до него не добрался Обручев. Потом к Государю. А после, верно, в Петропавловку. Щиты надобно проверить везде.
Я скривилась. Совсем не хотелось встречаться с Михаилом. Я представляла, как он будет рад, когда узнает, что Юсупова убили. Он же ненавидел его половину жизни и мечтал отомстить за гибель отца и старшего брата. А когда догадается, что со смертью князя начнут слабеть и его щиты, обрадуется вдвойне.
Оболенского я не видела уже почти год. Государь бывал у него несколько раз, я же во время этих визитов ждала за дверью.
На лестнице у меня закружилась голова. Я взялась за перила и переждала.
— Что такое, Саша? — Всеволод обернулся.
— Устала. Ночь вышла почти без сна.
Он посмотрел на меня внимательно, и я поняла, что он не поверил, но спорить не стал. Подал локоть, и я оперлась на него сильнее, чем хотела бы. На площадке я отпустила его, расправила плечи и дальше пошла сама. День ещё до середины не дошёл, и нам предстояло много дел.
На служебном крыльце курил Игнат.
Глава 2-2
Игнат увидел нас, затушил окурок о перила и выкинул в снег. Говорить начал сам, не дожидаясь вопроса.
— Я его видел. Ночью. — Он подбородком указал на дверь за нашими спинами. — Мельком, в коридоре. Я шёл из канцелярии, он поднимался к себе. Кивнул мне и прошёл. Я ещё подумал: с чего он ночью здесь и отчего такой серый.
— В котором часу?