— Шаам хочет организовать очередной поход в южные королевства. Его гордость уязвлена тем, что Вампиры остаются беженцами, а их крепости обращены в руины, наводненные тварями Падшего. Бывший полководец Ноктиса Галатор объявил Тиамат, их некогда великолепную столицу, престолом своего темного царства, обезопасив границы тем, что прорвал Завесу в Ино-Мир и позволил Хаосу бушевать на свободе.
— Значит, Галатор попытался пересечь границу? — спросила я с колотящимся сердцем. Ее слова подтверждали то, что Тристан рассказывал мне несколько декад назад. — В деревне ходили слухи.
— Случались нападения. В основном на Эльфов в лесу Лорелин и на анклав Джайнов на краю Бесконечных Пустошей. Это выглядит куда серьезнее, чем обычные мелкие уколы Галатора, — тон Танез был мрачным. — Слухи разлетаются, как лесной пожар. Самый свежий, будоражащий улицы Лирхейма, гласит, что Хиазма снова ищут Корону Хаоса. Вероятно, они планируют использовать ее, чтобы воскресить…
Моя подруга резко оборвала фразу, и ее глаза расширились, когда до нее дошел весь смысл сказанного.
— Чтобы воскресить своего мертвого бога, — закончила я, тщательно контролируя свой тон и выражение лица.
Я знала, что это не так, поскольку сама была свидетельницей того, как бывшие слуги Ноктиса пытались его убить. И все же я не могла отделаться от ощущения, что он каким-то образом причастен к событиям, угрожающим миру в Арон-Лире. Упоминание Танез Короны Хаоса — могущественного артефакта, созданного Ноктисом тысячелетия назад для контроля над силой Бездны, — лишь усилило мои страхи. Корона была утеряна еще со времен окончания войны, но, возможно, Ноктис или его бывшие приспешники знали, где она спрятана.
Неужели я совершила ужасную ошибку, спасая его? Снова? Я не вынесла бы, если бы меня в этом обвинили, только не сейчас. Если он продолжает представлять угрозу, я сама должна разобраться с ним. Это только мой долг.
Мне нужно знать больше. И при этом не дать Аурея Земли понять, что Падший обитает в моей спальне.
— Удивлена, что Арамаз не встал на сторону Шаама, — произнесла я, уводя тему разговора от Ноктиса. — Я согласна с Воином: было бы разумно бросить вызов Галатору сейчас, пока он не стал еще большей угрозой.
До сих пор бывшие союзники Ноктиса еще не объединились между собой, их внутренние распри были слишком жестоки. Если бы они когда-нибудь сплотили силы, это обернулось бы катастрофой для королевств, верных силам Порядка.
Танез глубоко вдохнула и замешкалась, поджав губы, обдумывая ответ.
— Арамазу тяжело, Барадаз. Ему тяжело с того самого дня, как ты ушла.
Эти слова, пусть и сказанные мягко, все равно заставили меня вздрогнуть и отвести взгляд от пристальных глаз подруги.
«Тогда, возможно, Арамазу не следовало вырывать сердце из моей груди», — я не произнесла этого вслух, закусив губу, чтобы обуздать гнев, но это далось мне нелегко.
— Никому не нужна богиня, лишенная своих сил. Я думала, что Хираз взяла на себя обязанности королевы, — заметила я, изо всех сил стараясь, чтобы в моем голосе не прозвучало ледяных ноток. — Должно быть, она в восторге от того, что так сильно помогает королю.
— Отзывчивость Хираз действительно залечила некоторые раны Арамаза, нанесенные войной, — ответила Аурея Земли; ее укоризненный взгляд ясно давал понять, что мой сарказм неуместен. Что ж, я никогда не умела быть доброй королевой, лишенной эгоизма. Танез вздохнула, склонившись ближе к поверхности, которую она выбрала для поддержания нашей связи на своей стороне. — Но этого недостаточно. Люди отчаянно нуждаются в мире и злятся на своих богов.
— Тем больше причин у Арамаза освободить юг, как того желает Шаам. Решительная победа наверняка разрядила бы обстановку и вернула людям веру в Синклит Десяти.
Мне стало интересно, что именно сдерживает моего мужа.
Танез долго и пристально смотрела на меня, прежде чем ответить тихим, срывающимся голосом, так непохожим на ее обычный уверенный тон. От этого во мне с новой силой всколыхнулась тревога.
— Арамаз не созывает армии, потому что не осмеливается.
— Что?
— Ты кажешься счастливой, моя подруга, где бы ты ни была. — Губы Танез изогнулись в меланхоличной улыбке. — Какая-то часть меня не желает разрушать твой покой.
— Говори, — твердо ответила я.
Танез на мгновение прикрыла глаза.
— Смерть Белекороза не ослабила влияние Хаоса в Арон-Лире. Наоборот, всплески магии Хаоса происходят все чаще и чаще, и становятся все мощнее. Как будто бы Белекороз каким-то образом мог сдерживать Хаос, а без него сдержать это больше никто не может. — Аурея Земли разгладила юбку. — Донесения, поступающие в Совет, вызывают тревогу, и я подозреваю, что Арамаз делится с нами далеко не всем. Реки превращаются в кислоту, уничтожая все живое, к чему прикоснутся, без предупреждения вырастают огненные горы, а бури стирают с лица земли целые деревни. По землям бродят жуткие твари, а у людей пробуждаются неконтролируемые магические способности. Что бы ни нарушил Падший в своем безумии, я не уверена, что это можно исправить.