— Рада! Святой Лир! Ты в порядке? — встревоженный возглас Долорес у меня за спиной разрушил этот момент. Брауни уже сползла с повозки, ее карие глаза расширились от беспокойства, когда она бросилась ко мне; ее кожа цвета охры раскраснелась от волнения до темно-бронзового оттенка. Белое платье, украшенное голубыми цветами, слегка запылилось после поездки. Непокорные каштановые кудри, рассыпавшиеся по ее хрупким плечам, были перехвачены лентой. Когда я вздрогнула от ее прикосновения, она заметила повязку на моем запястье. — Звезды, что случилось с твоей рукой, бедняжка?
— Небольшой несчастный случай. Ничего серьезного, — поспешила успокоить ее я.
— И все же… — Она покачала головой. — Эта драка вряд ли пошла на пользу.
К сожалению, она не ошибалась: в запястье с новой силой пульсировала боль.
— Клянусь яйцами Мтара. Этот проклятый гигантский волк и правда попытался откусить от нас кусок посреди дороги. — Юлисс тоже слез с повозки. — Я дал ему отведать моего топора, но, наверно, мы выглядели слишком аппетитно, чтобы оставить нас в покое. — Он похлопал по топору на бедре; его белая борода, спускавшаяся по небольшому круглому животу до самой железной пряжки ремня, затряслась от смеха.
Долорес тут же подошла к нему, сияя улыбкой.
— Ах ты, сумасшедший старый Дворф. Ты все еще орудуешь топором достаточно ловко, чтобы заставить мое сердце биться чаще.
Семья Андерфордж — пожилой Дворф родом из Обсидиановых гор, на склоне лет скандально женившийся на добродушной Брауни, — были моими ближайшими соседями. А еще они были ужасно любопытны. Я любила их обоих до безумия.
Юлисс приобнял Долорес за плечи и усмехнулся, но тут же посерьезнел; тревога омрачила его яркие янтарные глаза, когда он взглянул на меня.
— Когда ты дважды пропустила фермерский рынок, мы испугались, что стряслась беда, и решили тебя проведать. Как же ты справляешься на ферме, если ранена, девочка моя?
— Мне помогают. — Я кивнула на Ноктиса, который все еще топтался неподалеку. Проклятье, нам нужно было придумать какое-то объяснение его присутствию.
— А вы кто будете, молодой человек? — тут же осведомился Юлисс, оценивающим взглядом окидывая Ноктиса.
— Беле. — Ноктис вежливо кивнул Андерфорджам, сохраняя на лице маску невозмутимости. Я подавила смешок при его выборе смертного имени, столь же изобретательном, как и мое. — Я… старый знакомый Рады со времен ее службы в армии.
Что ж, это был один из способов объяснить ситуацию.
— Беле приехал несколько дней назад, чтобы навестить меня. Он во многом мне помогает.
— О, мы это заметили. — Долорес бросила лукавый взгляд на мертвого Серая, а затем на Ноктиса; ее вздернутый носик дрогнул от любопытства. — Тебе очень повезло, что твой друг заглянул к тебе как раз тогда, когда был так нужен.
— Да, ужасно повезло, — я одарила Ноктиса преувеличенно милой улыбкой.
На самом деле я не боялась, что мои соседи узнают его. Андерфорджи были простыми людьми, живущими простой жизнью. Возможно, война и бушевала десятилетиями, но было крайне сомнительно, что они когда-либо видели лицо Разрушителя. Юлисс и Долорес встретились и полюбили друг друга, занимаясь поставками припасов вдали от линии фронта. К тому же сейчас Ноктис ничем не напоминал бывшего Повелителя Тьмы и Хаоса, с мокрыми, взъерошенными волосами, темной щетиной на челюсти и закатанными для работы рукавами простой туники, обнажающими мускулистые предплечья.
— Пойдем-ка в дом, достанем тарелки. — Долорес обняла меня за талию, зная, что я избегаю разговоров о своем прошлом. — После такого потрясения нам всем не помешала бы чашечка хорошего чая и кусок пирога. Я привезла медовый пирог, который ты так любишь, Рада. И не волнуйся, просто покажи мне, где что лежит. Я все сделаю сама. А ты отдыхай.
Я бросила взгляд на Ноктиса, прежде чем меня увлекли в дом. Он помогал Юлиссу погрузить мертвого Серая на повозку Андерфорджей, мы договорились, что они заберут его себе. Дворф пустился в подробные объяснения того, как он хочет освежевать волка и использовать его шкуру для пальто Долорес, так что я могла спокойно удалиться.
— Ах, вот и мой любимый красавец. — Долорес наклонилась, чтобы погладить Бейна, когда тот подбежал к ней, и угостила его лакомством, которое извлекла из одного из многочисленных карманов своего платья. Кот замурлыкал, словно король, принимающий законную дань.
— Итак, — сказала Долорес, когда мы вошли на кухню. — Твой друг проделал долгий путь, чтобы навестить тебя. — Она бросила на меня хитрый взгляд. — Бывший любовник?
— Нет, — коротко ответила я, открывая шкаф, где хранились тарелки.
— М-м. — Мой краткий ответ ничуть не смутил Долорес. — Он храбрый воин. И очень высокий, даже для вашей расы. Разве вы, Люди, не говорите: большие руки — большой…
— Долорес!
Мой шокированный возглас вызвал у Брауни лишь дерзкий смешок.
— Заметь, ты не делаешь вид, будто не знаешь, права ли я.