» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 83 из 159 Настройки

— Ты прав, — проворчал он. — Я тебе не доверяю. И меня не покидает страх, что в какой-то момент ты нас подставишь. — Дюк и Оливия переглянулись, без слов обменявшись чем-то понятным только им двоим. Даже зная правду, я всё равно почувствовал укол. И лишь после его следующих слов понял, насколько сильно мне хотелось заслужить его одобрение. — Но я также понимаю, что в одиночку нам не справиться. А если мы собираемся тушить огонь огнём, нам понадобится как можно больше бензина.

Я кивнул. Это было не совсем одобрение, но всё же лучше, чем если бы он послал меня куда подальше. Сойер переводила взгляд с одного на другого, нахмурив брови. Чем дольше она обдумывала услышанное, тем глубже становилась складка между ними. Я не знал, сколько ей известно и моё ли это дело вообще что-то объяснять, но если бы она спросила… я бы рассказал ей всё. Мне нечего было от неё скрывать.

— Я заслужу ваше доверие, — сказал я, переводя взгляд на сидевшую напротив пару. — Доверие вас обоих. Обещаю, я вас не подведу.

Дюк откинулся на спинку диванчика и обнял жену за плечи. Уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Я с тебя спрошу.

К тому времени, как мы закончили обед, прошло уже больше часа, который мы провели за приятной беседой. Я узнал всю историю бара «Фрэнк» и о том, как до своей смерти бар принадлежал чудаковатому старику, в честь которого и получил название. Забавно, что каким-то странным, непрямым образом это место свело Дюка и Оливию, хотя они даже не подозревали об этом.

Но больше всего мне понравилось узнавать о Сойер самые разные мелочи, о которых я раньше не знал. Некоторые были глупыми, забавными причудами. Например, она любила по очереди макать картошку фри то в соус ранч, то в кетчуп. Или никогда не допивала один напиток до конца, прежде чем заказывала следующий. По её словам, иначе он становился безвкусным. Я запоминал каждую новую подробность, бережно складывая их в уголках памяти.

Теперь, когда Сойер наелась и утолила голод, её щёки приятно порозовели. Здесь она чувствовала себя в своей стихии, смеялась с друзьями, которые вполне могли бы считаться её семьёй. Я не видел её такой непринуждённой с той самой ночи, когда мы познакомились, и гордость переполняла меня от осознания, что рядом со мной она наконец смогла расслабиться. Моя рука лежала на спинке диванчика, а сама Сойер прижалась ко мне. Это ещё нельзя было назвать объятиями, но ближе к ним мы пока не подходили. Стоило мне опустить руку на пару дюймов, и я мог бы притянуть её к себе, но я удержался от прикосновения. Вместо этого мы оба наблюдали, как Харпер и Чарли подбежали к стойке, чтобы оплатить обед моей картой. Дюк пытался возражать, но я настоял. Мне казалось, это меньшее, что я мог сделать.

Когда девочки вернулись, мы все выбрались из кабинки и направились к выходу. Сойер задержалась с Оливией, а я пошёл рядом с Дюком. Мне хотелось кое о чём его попросить, хотя я не был уверен, как он отреагирует.

— Если мне понадобится попросить об одолжении… — начал я и замолчал, заметив, как он закатил глаза.

— Чего тебе, шустряк?

Ладно. Мне не очень нравилось, что прозвище уже прочно за мной закрепилось, но если оно поможет получить от него поддержку, пусть называет меня как угодно.

— Не знаю, сколько Сойер вам обо мне рассказала, но… э-э… я отец её ребёнка.

Дюк бросил на меня косой взгляд, когда мы вышли на холодный воздух.

— Кажется, она упоминала.

— Вот именно. Дело в том, что… Я не знаю, как быть отцом. Мой собственный отец не тот человек, с которого мне хотелось бы брать пример.

— Да ты что? — фыркнул он, покачнувшись с пятки на носок. — Слушай, никто толком не знает, что делает.

— А ты знаешь, — искренне сказал я. Наблюдая сегодня за тем, как Дюк общается с дочерьми, я не мог не восхищаться им. Он обращался с ними с такой лёгкостью и теплотой, о существовании которых я даже не подозревал до сих пор.

— Ну, теперь-то да. Но ты думаешь, я хоть что-то понимал, когда родилась Харпер? Да ни хрена! Будто меня швырнули в океан, не дав ни спасательного круга, ни даже буйка. Всё, что ты можешь, — просто держать голову над водой.

Неужели этому человеку никогда не надоедало быть невыносимым засранцем? Я почти никогда не видел, чтобы он хоть сколько-нибудь улыбнулся — разве что когда разговаривал с женой или дочерьми. Ну, или с Сойер, пожалуй.

Возможно, проблема была не столько в нём, сколько во мне. Возможно, это был шанс показать ему, что, пусть я и чужак в этих краях, я чертовски твёрдо намерен стать лучшим мужчиной для Сойер и лучшим отцом для нашего сына.

Я опустил взгляд, надеясь, что не выгляжу таким же безумным, каким себя чувствую.

— Ты бы научил меня?

— Научил? Да как, чёрт возьми, ты себе это представляешь? — спросил он, нахмурив брови.