– Что? Что случилось? – не пропустил он перемены в моем настроении.

– Н-ничего, – выдохнула я так, что это больше напоминало всхлип. – Просто вдруг подумалось: после отца и в самом деле может ничего не остаться. Совсем.

– Ну что вы, Елизавета Андреевна, – осторожно накрыл тот мою руку, – мы сделаем все, чтобы этого не допустить. И вы нам поможете. Правда?

Глава пятнадцатая

– Как все прошло? – начал Эльдар, едва дверь авто приоткрылась. Дождаться, пока я устроюсь на заднем сиденье и захлопну ее обратно он, похоже, не мог. 

– Тебя заметили, – не удержалась я от шпильки. – Получается, опять прокололся.

Плечи у Барятина закаменели и он так дернул машину с места, что я едва не опрокинулась. Лишь через пять минут, когда Астория осталась далеко позади, он все-таки выдавил:

– Прости. Но ты сейчас была…

– Цинична как механик? – охотно заполнила я провисшую паузу.

– Неженственна, – предпочел он другую формулировку.

– Останови!

Я дождалась, пока авто притрется к бордюру, открыла дверь и пересела вперед, чтобы видеть лицо Барятина – разговаривать сейчас с его спиной, сидя позади, категорически не хотелось.

– Неженственна, говоришь? – уставилась я на его профиль, потому как поворачивать ко мне тот не спешил. – Да, это, конечно, очень странно, особенно в сложившихся обстоятельствах.

– Не надо сарказма. Он не идет тебе еще больше цинизма.

– Нет, Эльдар. Вот чего нам сейчас точно не надо, так это иллюзий. Кто я, по-твоему? Нежный цветочек?

– Ты женщина. Оказавшаяся в сложной ситуации и нуждающаяся в помощи.

– Что ж, наверное, и это тоже, – не стала я спорить. – Но прежде всего я механик! Которого лишили всего, Всего, понимаешь? Даже возможности заниматься собственной профессией. И которым вдобавок пытаются манипулировать! Так что насчет несчастной женщины ты все-таки слегка заблуждаешься. Ясно?

Я выдохнула, чтобы не сорваться в совершенно ненужную истерику, и закончила совсем другим тоном:

– Если не нравится – уходи. Можешь сделать это прямо сейчас.

– Полагаешь, сумеешь справиться со всем сама? – Барятин все еще не глядел в мою сторону, уставившись прямо перед собой, в темное стекло.

– Постараюсь, – я тоже отвернулась к едва подсвеченной фонарями пустынной улице впереди.

– Примешь предложение Вивеля?

– Нет! – вскинулась я и увидела, что теперь он смотрит на меня в упор. – Не приму. Я, конечно, механик, но все же цинична не настолько. Он, и этот его свей, явно причастны к смерти отца, Ромы и… и… Всех! Теперь я в этом точно уверена.

– Прости, – Эльдар развернул меня к себе и осторожно снял пальцами слезы с ресниц, подставив плечо, чтобы я в него уткнулась. – Сдается, я просто бесчувственный чурбан. Поплачешь?

– Не сейчас, – отстранилась я, заканчивая то, что начала: – А еще, сдается, покушение на наследника тоже без них не обошлось.

– Что-о? – не сразу понял тот. – Уверена?!

– Не совсем, – вынуждена была признать я. – Но… Если сложить все намеки и оговорки, мелькнувшие за время нашего общения... Да, впечатление складывается именно такое.

Мне вдруг отчетливо вспомнился кусочек диалога со Скутвальссоном за столом:

– Почему вы так торопитесь? – задала я вопрос, который считала главным. – И так торопите меня?

– Так ведь господин Вивель вам уже сказал – я собираюсь домой, – пожал он плечами.

– Почему? – повторила я с нажимом. И видя, что отвечать тот не спешит, добавила: – Мы с вами так хорошо и откровенно начали, надеюсь, и продолжим в том же духе. Вы ведь понимаете, что без полного доверия к вам и вашим планам я никуда не поеду? Это оказалось бы крайне опрометчиво в моем положении.

– Да, вы действительно умная женщина…

– Не жалуюсь. Итак?

– На нас здесь стали оказывать слишком большое давление. Лучше пока уйти из поля зрения тех, кто…

– Пытается добиться тех же целей, что и вы? – слегка помогла я с формулировками, когда собеседник чуть замялся. – Но несколько иными методами?

– Можно сказать и так, – тонко улыбнулись мне в ответ, – хотя я бы сформулировал по-другому: Тех, кто пытается ставить нам палки в колеса, пользуясь поддержкой структур, в общении с которыми не отказывают.

– Вами заинтересовалась охранка? – перевела я это словоблудие с дипломатического на понятный. Но оставив при себе вторую часть вопроса: «Или это вы ими заинтересовались?»

– Елизавета Андреевна, – внезапно перестал тот улыбаться, – думаю, о сложившейся ситуации достаточно будет знать, что и мне, и вам станет намного спокойнее, если мы сейчас окажемся подальше отсюда. Хотя бы временно. И если подальше отсюда окажутся все те сведения, которыми мы с вами оба располагаем…