Лениво обхожу ее и направляюсь на кухню, мерцающую в слабом освещении металликом. Сбросив на барный стул косуху, ставлю алкоголь на кухонный остров, достаю бокалы, сдуваю с них пыль.

Слышу осторожные приближающиеся шаги, и мои губы дергаются в кривой ухмылке. Чувствую присутствие Элли и знаю, что сейчас она смотрит на меня, поглощает каждое движение, и я позволяю ей это, не поднимая взгляда, пока скучающе закатываю рукава, обнажая геометрические узоры татуировок, и небрежно откупориваю бутылку красного вина.

Этими же руками сегодня я буду так же ловко управляться с ее телом, и то, что мы не торопимся… это, блядь, растекается по венам жидким огнем, подкидывая развратных кадров в мой одержимый мозг. От разгорающегося томительного возбуждения тянет мышцы, и мне хочется размяться: наклоняю голову из стороны в стороны, веду плечами.

Улавливаю шорох и гулкий стук каблуков, физически ощущая ее еще ближе. Я на нее не смотрю, она на меня — да, это тоже сильно считывается. Ноздри подрагивают как у зверя, учуявшего свою самку.

— Почему ты привез меня сюда?

Потому что это место идеально для наших демонов, Элли.

Темное удовлетворение подкатывает к горлу, и я тяжело его сглатываю. Хватаю бутылку, наполняю бокал рубиновой жидкостью и отвечаю не глядя:

— Давно здесь не был.

Пауза.

— Чей это дом?

Отставляю бутылку, придвигаю бокал к ожившей лисице и наконец поднимаю взгляд, снисходительно ухмыляясь:

— Общий.

Слабо хмыкнув, Элли берет бокал.

— Общий? — скептически переспрашивает она и прижимается пухлыми красными губами к краю бокала. А я представляю их на головке своего члена в миллиметре от пирсинга.

Беру виски и опираюсь бедрами о кухонный гарнитур. Наши взгляды схлестываются, и я хочу, чтобы мой огонь укусил ее. Не разрывая зрительного контакта, небрежно подношу бутылку ко рту и отпиваю, позволяя алкоголю обжечь пищевод терпким теплом. Опускаю бутылку, постукиваю пальцами по горлышку, задерживая тяжелый взгляд на красных губах. Совершенно не скрывая, как хотел бы использовать их.

Элли чувствует пристальное внимание к своему рту, но не показывает вида, что ее это как-то трогает. Но трогает. Вижу по пульсирующей венке на шее, по слегка участившемуся дыханию и легкому румянцу на фарфоровой коже, когда пробует вино. Губы слегка кривятся. Ей не нравится.

— Мы купили этот дом с парнями, — отвечаю после небольшой паузы.

— М-м-м… — Элли поджимает губы и опирается на бокал подбородком. — Так я, считай, в святая святых?

Уголок моего рта приподнимается.

— Ты в месте, в котором можно потеряться от всего мира.

Элли проводит по губам стеклянной кромкой, стирая невеселую усмешку. И так же печально произносит:

— Как символично.

— Я ошибся с выбором?

Она отпивает еще немного и морщит нос.

— Разве что с вином.

Элли ставит недопитый бокал вина на столешницу и направляется ко мне, провоцируя в моем теле вспыхнуть пламя, которое ее сегодня сожрет. Медленно провожу языком по верхнему ряду зубов, наблюдая, как эта женщина с кошачьей грацией движется в моем пространстве и останавливается достаточно близко, чтобы подразнить своим тонким цветочным ароматом. Так пахнут феи из диснеевских мультфильмов.

Но она разрушает образ цветочной феи, когда бесцеремонно тянется к бутылке в моей руке.

Ты не фея, Элли, ты пират.

Усмехнувшись своим мыслям, перекладываю бутылку в другую руку, получая в награду недовольный взгляд. Самый пиздатый, от которого можно сгореть.

— Это крепкое, — равнодушно поясняю я, кайфуя от огня, пылающего в золотистой радужке ее глаз.

— Ну я тоже не промах. — Протягивает ладонь. — Дай сюда.

— Нет.

Качаю головой, не отрывая от нее взгляда, делаю еще глоток крепыша и отставляю бутылку в сторону, готовый взвыть, когда на долю секунды в колдовских глазах вспыхивает больше яростного огня.

Возвращайся ко мне, моя бестия. Я пиздец соскучился. И не собираюсь этого скрывать.

Подцепив ее за подбородок, дергаю на себя.

От неожиданности Элли теряет равновесие и впивается ноготками в мою напряженную грудь, большим пальцем вдавливая в кожу нательный крест. Острое ощущение подкидывает еще дров в пекло. Хочу ее ногти глубже на своей коже.

Глажу пальцами линию ее челюсти.

— Я не хочу, чтобы ты напивалась.

Секунда — и вот она!

— Да плевать я хотела, чего ты хочешь! — Элли взрывается раздражением и шлепком отбрасывает от лица мою руку, но отстраниться не успевает…

Я хватаю ее за лацканы пальто и силой притягиваю обратно, вынуждая вскинуть голову и встретиться с моим давящим взглядом.

С досадой поджимаю нижнюю губу и приближаюсь к ее уху.