Всем привет! Вот и настало время Гора, если кто-то помнит этого персонажа, мелькающего в истории "Жестокие игры мажора", то вы знаете, с кем имеете дело) Он определенно стоит внимания, так что если кто-то не знаком, тогда просто приглашаю вас познакомиться с плохишом Гораевым. Всех обнимаю, всем безумно рада)

История самостоятельная и не требует прочтения предыдущих историй цикла. Будет очень горячо и откровенно, с этими ребятами можно оторваться по полной. Погнали?))))))

А еще я буду благодарна за звездочку (лайк), добавлению книги в библиотеку, чтобы не терять выход новых глав, ну и конечно же очень жду вашего отклика в комментариях. Вы знаете, как это важно для меня, особенно на старте истории :*)

Знакомимся с визуалами)

Макс Гораев

А еще есть такой вариант) Какой вам больше нравится?

Ну и наша молодая преподовательница Эльвира Юрьевна

4

— Нет, спасибо. За мной приедут.

Усмехнувшись едко, подхожу и опираюсь бедрами о капот своей тачки, прикуриваю и неспешно смакую горечь дыма, убрав руки в карманы.

Из клуба изредка вываливаются пьяные, слишком шумные посетители.

Эля оглядывается на них, а я смотрю на нее, щурясь от дыма. Изредка она бросает на меня взволнованные взгляды, но каждый раз быстро отводит глаза, поняв, что я неотрывно на нее смотрю.

Ей жутко некомфортно, и, как бы она ни скрывала нервозность, я все равно ее ощущаю, смакую как любимое блюдо.

Полянская откидывает челку с глаз, достает из кармана телефон, проводит пальцем по экрану и прикладывает к уху, настороженно на меня обернувшись.

— Алло? Паш? А ты где?

Нервно теребит сережку в ухе.

— Что? Сгорела? — выдыхает, ошарашенно хватая ртом воздух. — Боже, какой кошмар… Конечно. Нет, не нужно. Я тогда доберусь сама… — Она замолкает, а я замечаю, как тяжело она сглатывает. — Но как… Как это возможно? А камеры? Господи, — прикрывает ладонью рот. — Это ужасно, мне так жаль, ты ведь только ее купил.

Из меня вырывается ядовитый смешок.

Забавно. Я поджигаю уже пятую его тачку, а этот придурок продолжает оставлять их без присмотра.

— Нет, не нужно, я сама вызову. Паш, ну зачем тебе ехать? — Эля нервно прикладывает пальцы ко лбу, быстро-быстро кивая. — Хорошо. Я тебя жду.

Сбросив вызов, она сжимает телефон в руке, другой — нервно зачесывает челку назад. Кончики моих пальцев вспыхивают от желания утонуть в ее копне…

А-а-а-а, с-с-сука. Хочу пиздец.

Щелчком отбрасываю окурок в сторону, и он с шипением гаснет в луже.

— Мое предложение в силе, — напоминаю о своем присутствии, которое Полянская пытается игнорировать.

— Гораев, твои предложения меня не интересуют, — холодно отрезает она.

А вот и моя стервочка вернулась.

Оттолкнувшись от капота, делаю шаг к ней и вижу, как она нервно дергается.

Потоптавшись на своих блядских черных шпильках, Эльвира увеличивает расстояние, которое я сокращаю с едва сдерживаемой улыбкой.

Кровь вскипает в венах, когда я оказываюсь в границах ее тонкого цветочного аромата.

Этого достаточно, чтобы мой неудовлетворенный член затвердел.

Я мог бы с легкостью найти в «Сумраке» любую телочку для веселья, но хочу именно эту. Два года, зараза, изводит меня, но этот — выпускной — станет финальным.

Подхожу вплотную, но Эля упрямо смотрит прямо перед собой, игнорируя навязчивое вторжение в личное пространство.

Обычно она убегает, но сегодня — нет, в ней играют пузырьки смелости и, несмотря на прохладу осенней ночи, щеки раскраснелись совсем от другого.

И все же она не теряет строгости, которую я жажду сорвать с нее. Это очередное мое любимое хобби, и оно тоже вызывает зависимость.

Поэтому я не упускаю возможности разрушить иллюзию ее авторитетности. Напускная непоколебимость трещит по швам, когда я, резко вынув заколку из пучка, рассыпаю волосы по плечам подпрыгивающими волнами.

В нос бьет усиленная волна цветочного аромата, и я стискиваю зубы, чтобы остановить порыв намотать их на кулак и впечатать заразу в себя. Сквозь помутневший рассудок напоминаю, что я контролирую ситуацию, прокусив губу и наполнив рот металлическим привкусом.

Эльвира отшатывается, схватившись за голову, будто не поняла, что произошло. А потом замечает заколку в моих руках.

Тяжело сглотнув, облизываю уголок рта, когда она протягивает ладонь и раздраженно бросает:

— Верни.

Я изгибаю бровь, удивляясь ее самоуверенности. Какая прелесть.

Молча прячу заколку во внутреннем кармане пальто.

— Попробуй забрать.

Ноздри Полянской раздуваются от возмущения, она вскидывает подбородок, придавая своему виду высокомерия.

— Прекрати все это, Гораев. Иначе ты не получишь зачет по моему предмету.

М-м-м. Угрозы. Мне нравится. Особенно такие.

Мое дыхание учащается, а член болезненно дергается в брюках.

5