Я застываю, как вкопанная, провожая взглядом мужчину. На нём нет больше мундира — только широкая белая рубашка сексуально обтягивает плечи и грудь. Хоть сейчас ложись на шезлонг с коктейлем и любуйся.

В руке у генерала сверкает сабля, и настроен он очень решительно. Разъярённый дракон — ну точно по бабам пошёл успокаиваться! Но почему с саблей?

— Куда он?! — строго спрашиваю Малыша.

— Полуденная тренировка, хозяин никогда не пропускает тренировки. И ещё на утренние пробежки ходит, отчего я не высыпаюсь катастрофически! — стонет леттер.

— То есть реально тренировка? Я хочу на это посмотреть. Пойдём, Малыш! — говорю я и потихоньку начинаю отступать в сторону кустов у тренировочной поляны.

— Мне приказано проводить тебя в покои, иди за мной, гав! Или потащу за подол платья! Хозяина позову!

— Вот, как мы заговорили! А кто тебя студнем за завтраком угостил?

— А ты ведь можешь устроить это ещё раз?

— Могу, — улыбаюсь я, поведя бровями. — Ну, что отклонимся немного от маршрута? Ненадолго, обещаю.

— Ничего плохого не случится, если немного отклонимся… Иди за мной! Кстати, мне не нравится, когда меня называют Малышом. Скажи хозяину, что я уже вырос и кличку хотелось бы сменить. Например, Зубастый, Опасный, Ужасный, а? Как тебе? — Виляя хвостом, Малыш ведёт меня к раскидистым кустам жасмина, откуда открывается замечательный вид на тренирующегося генерала.

29

Генерал Рихард Каан

Когда он выпустил Тею из сокровищницы, то опёрся о стол и шумно вздохнул. Драконья ипостась очень хотела эту женщину. Её взгляды и улыбки сводили с ума. Но нужно было отпустить её сейчас, потому что в таком возбуждённом состоянии он неминуемо причинил бы ей боль во время близости. Магия очень кусачая, его самого раздирает до боли. А что будет с чувствительной девушкой, когда она ощутит его всего целиком? Её нужно защищать и беречь — вот, что твердила вторая ипостась. Если она будет испытывать к нему тёплые чувства, то тьма угомонится, как пламя, затушенное водой, и не будет обжигать, и можно будет заняться тем, чем так сильно хочется.

И Каану было от этого грустно. Потому что вместо тёплых чувств он ощущал в эмоциях девушки отчуждённость. Желание, конечно, тоже есть, но оно только из-за влияния его родовой силы. Сама она думает лишь о том, как сбежать. Сбежать от него!!! А он с каждой минутой только сильнее ею очаровывается. Хмелеет от её присутствия в его жизни. Она — свет в его тьме.

“Ну и игру, несвойственную тебе, затеял ты, Рихард. Кто кого ещё переиграет! — сказал себе с укором Каан. — Скоро она будет из тебя верёвки вить, и ты сделаешь всё, что она захочет! Что она делает с тобой, тёмным драконом, сильнейшим магом на континенте?! Ещё один поцелуй, и ты будешь готов ей дарить не только сокровища, но и дворцы, и свои личные императорские награды…”

Нужно скорее проводить брачную церемонию, чтобы награды и имущество остались в семье!

Каан переоделся и отправился упражняться с оружием, чтобы спустить пар — это хоть немного, но помогало в отсутствии женщины.

Татьяна

Я не могу оторвать взгляда от мужчины, который грациозно двигается с мечом, словно в акробатическом танце. Рубашка взмокла и плотно облепила его плечи, грудь и спину. Его тело — невероятно атлетичное, накаченное, рельефное, идеальное — как мраморные статуи древних греков — восхищает меня. Я вспоминаю, как генерал сказал, что у него всё большое, и начинаю краснеть, представляя себе то, что скрывается у него под брюками.

— Леди Теона! — окликают меня. — Как я рад, что застал вас!

Я вздрагиваю от испуга, чуть не потеряв дар речи, — ещё бы, сидишь себе в кустах, подглядываешь за генералом, а тут тебя нашли! Но хорошо, что это не леди Присцилла или, не дай бог, Роксана, а всего лишь мэтр Барток.

— Йен! — говорю я, похлопывая себя по груди, чтобы угомонить сердце. — Наконец-то вы мне всё расскажите! Ой, подождите. Не говорите ничего! — Я смотрю на Малыша и считываю его мысли.

“Что хочет мэтр от нашей самочки? О чём они говорят? Надеюсь не о моём хвосте? Ничего не понимаю на человеческом…”

Малыш внимательно глядит на нас, но видимо речь он понимает только, когда я обращаюсь непосредственно к нему. Значит, можно спокойно обсудить всё с Бартоком. Но спокойно говорить, боюсь, не получится, я психую, словно надвигается стихийное бедствие. Очень хочу поскорее закончить своё опасное приключение.

— Теперь можно! Говорите скорее! — требую я.

— Я узнал!

— Что? Что узнали? Говорите!

— Я порылся в древних манускриптах и узнал, что, к сожалению, прилив жизненных сил, вызванный родовой силой дракона, вас покинет после возвращения её лорду Каану. А вы очень старая? — виновато приподнимает бровь Барток.

— У женщины неприлично спрашивать её возраст, вообще-то! Но, так и быть, я готова вернуть себе свой десяток лет обратно. Не старая я. А мой позвоночник?!

— Позвоночник я ваш исцелил.

— Правда?!

— Клянусь. Вы полностью здоровы, и даже без силы его светлости ваше здоровье будет отменным!