— Простите, — он примиряюще поднял ладони вверх. — Теперь, когда все благополучно завершилось, эта история с побегом выглядит немного нелепой. Однако меня, в принципе, восхищает тяга к знаниям. Поэтому я уважаю ваш выбор. И могу помочь все уладить.

Я почувствовала, как во мне поднимается раздражение. Как он мне поможет?! Если только вылететь с позором. Вдруг вспомнились его язвительные насмешки и рассказы о том, что портал не работает, и выбираться мне предстоит не меньше недели дилижансами и паромами! Вот даже про почтовый телепорт промолчал, и если бы это не «всплыло» случайно… Я бы даже не имела шанса отправить весточку подругам!

Перемена в моем настроении не ускользнула от некроманта, но он, видимо, решил не начинать новую ссору.

— День выдался трудным.

— Да и вчера было не лучше, — не удержалась я.

— Вот именно. Предлагаю не портить вечер.

Нейтан подтянул поближе одну из подарочных корзинок, обильно украшенную цветами, и выудил оттуда пузатенькую бутылку в соломенной оплетке.

Я невидящим взглядом следила за игрушечным женихом и невестой, подвешенными к витой ручке. Их рисованные лица отчего-то показались мне отвратительно глупыми, а улыбки фальшивыми. Как и все происходящее.

По крайней мере, раз уж Гловер пообещал помочь с академией, я могу поймать его на слове. Либо… Либо попробовать утром выловить Бобла и потребовать отвести меня к почтовому телепорту. Все не так уж безнадежно.

Некромант тем временем протянул мне бокал:

— Выпьем же за рассудительность и умение договариваться, — полушутливо и одновременно серьезно сказал он.

⚜ Глава 14. «Пьяное сено»

Я сделала глоток и прикрыла глаза, наслаждаясь невероятным вкусом. О, никогда не пробовала ничего подобного!

Фруктовый букет с ягодными нотками то ли ежевики, то ли смородины, казалось, был одновременно наполнен свежестью и летом, а бархатистый аромат незнакомых пряностей придавал особое, ни с чем не сравнимое послевкусие.

Дрова в камине почти прогорели и теперь лишь уютно потрескивали, наполняя комнату теплом. Язычки пламени отбрасывали огненные блики на умиротворенное лицо некроманта. И я сама чувствовала, как печали уходят вместе с разбитостью, которая одолевала меня весь вечер. В теле ощущалась легкость.

Я ослабила завязку халата и покачала туфельку на носке. От сытной еды и вина становилось жарко. Казалось, даже кровь быстрее побежала по венам, заставляя сердце биться громче.

Нейтан плеснул еще немного напитка сначала в мой, а потом и в свой бокал. 

Какие широкие у него плечи! Тонкая сорочка не скрывала, как перекатываются крепкие мышцы от каждого движения. И эти трогательные завитки темных волос на шее над маленькой родинкой. В сочетании со строгим профилем и этакой кошачьей полуулыбкой. А глаза вовсе не льдистые, как мне показалось вначале, а цвета ртути, прекрасной, непредсказуемой и опасной.

Мы встали практически одновременно. Мне до боли захотелось провести рукой по его непослушным волосам. Нейтан оказался вдруг слишком близко, и мы уставились друг на друга, тяжело дыша.  

Стоп! Что это со мной?!

Некромант так жадно вглядывался в мое лицо, что у меня даже колени подкосило. Зрачки его глаз были черными, почти полностью скрывающими радужку. Определенно происходило нечто более чем странное. Подозрение тотчас пало на вино.  

— Что в бокале? — настороженно спросила я, принюхиваясь к напитку.

Чудесный аромат внезапно показался смутно знакомым.

— Вино, — голос у некроманта был такой низкий и чарующий, что на мгновение я забыла, как дышать. — Пришло в подарок.

— От кого?

— Не знаю, сейчас посмотрю.

Казалось, ему пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы отступить.

Подхватив со столика бутылку, он крутил ее в руках, то и дело бросая на меня жаркие взгляды. Потом потянул за веревочку, которой неизвестный даритель прицепил поздравительную бирку.

— Так-так-так, — он пробежал глазами по строкам, судя по всему, наполненными какими-то пожеланиями. — Знакомый стиль. Флоэлла-Ренатинас Саверьен. Ну и имечко! Похоже, кто-то из вашей родни…

— Уж точно не из вашей, — огрызнулась я. — Она, поди, вся на кладбище за домом.

— Сиротой быть выгодно: никто не станет позорить тебя пошлыми стишками…

«О нет!» — пронеслось в голове.

Это же бабуля Флоренс! Во всяком случае, для нас — семьи. А для общества и по документам — Флоэлла Саверьен — неплохой зельевар и почтенная сестра моего дедушки, которая уже лет сто не теряет надежды, что таки родиться, наконец, потомок с Саверьеновским даром прорицания и порадует бабулю на старости лет. Но все никак ее мечта не сбудется: то без дара, то целители да артефакторы.

Тогда в бутылке… Я еще раз принюхалась. Точно! Не удивительно, что мне показался знакомым этот запах: розовая шиповница, известная в народе, как «любоцвет» из-за специфических возбуждающих свойств, да еще и усиленная специальным алхимическим коктейлем из сотни трав. Все в точности по фамильному рецепту, который бабуля ласково называет «пьяное сенко». А мы его выпили отнюдь не в терапевтической дозе!