— А может мы вдвоем сможем помочь Рэймонду дойти до дороги? – спросила Эмма. – Она ведь тут совсем рядом.

— Что? – друг задумался. – Я скакал минут двадцать в самую гущу леса, прежде чем наткнулся на вас. До дороги тут пешком идти – минимум час.

Мы изумленно переглянулись. Огонёк в окне был замечен нами в темноте как раз с тракта, и мы шли до него с моей сломанной ногой не так уж долго.

— В той стороне? – Эмма указала, откуда мы пришли. Это было легко, ведь нашим указателем в моменте было окно.

— Ну да, я ведь как раз оттуда прискакал.

— А ты никуда не сворачивал, Клайв?

— Нет, ты что, один поворот – и я здесь заблужусь. Ехал точно вперед, чтобы знать – если поверну, вновь наткнусь в итоге на дорогу. А вы чего такие удивленные?

— Да так…

В голове не укладывалось. Сначала какая-то старуха, которая кажется Лунной ведьмой, теперь расстояние вдруг увеличилось в десятки раз. Прав был дед, леса наши совсем непростые.

— Так, ну ладно, я поскачу за помощью…

— Возьми Эмму. Пускай её сразу отвезут в дом.

— Что? Нет. Я не могу…

— Пожалуйста, не спорь. Ты устала, не спала всю ночь, ухаживала за мной. Я смогу посидеть один какое-то время.

— А если… – Эмма нервно перешла на шепот, – если расстояние от дороги снова изменится?

Я не успел ответить. Будто по зову за окном вновь раздалось ржание лошади и топот копыт. Мы смолкли, наблюдая, как возле хижины спешивается никто иной, как Джаспер.

— Ты ведь поскакал в другую сторону, – воскликнул Клайв, едва друг переступил порог.

— Я собирался сказать ровно то же самое, – Джаспер был настроен куда скептичнее. Он, конечно, был рад видеть нас всех целыми и здоровыми, но уж целовать служанке руки – точно не в его репертуаре.

— Боги, Рэймонд, не зови меня охотится в этих лесах, – нервно усмехнулся Клайв.

— Ой, да ты наверняка повернул куда-нибудь, вот мы и встретились, – Джаспер с легким презрением осматривал лесную хижинку. – Давайте-ка лучше поедем обратно, раз уж все мы здесь собрались.

— Да поскорее, – испуганно добавила Эмма.

— Помогите мне взобраться на коня Джаспера, – попросил я, понимая, что моей спасительнице будет куда комфортнее в компании более демократичного моего друга.

Вскоре странное, жуткое приключение подошло к концу. Моя нога побаливала от очередного движения коня, но я терпеливо всё сдерживал. Да и стонать хоть и от боли, вцепившись в твидовый пиджак Джаспера было бы очень странно…

— Боюсь спросить, но всё же: изменились ли твои намерения на счёт этой служанки за сегодняшнюю ночь? – произнес друг, когда мы несколько отстали от лошади Клайва.

— Шутишь? Она оберегала меня всю ночь, я ещё никогда не видел столь решительной леди, готовой прийти на помощь…

— Ну, не так часто перед женщинами ты ломаешь ноги, – ехидно посмеялся Джаспер. – Что же, ясно. Я надеялся, что у вас всё случилось до неприятного инцидента, и ты успокоился…

— Что? Боже, нет! – в это мгновение я даже пожалел, что скачу именно на его лошади и не могу выругаться и уйти. – Джаспер, ты… вообще меня не понимаешь.

— Рэймонд, за твоё богатство возле тебя ночами будет сидеть любая знатная девушка…

— Вот именно! В этом вся суть. Эмма сделала бы это, даже будь я бедняком. Разве тебе не хотелось когда-нибудь, чтобы женщина смотрела на тебя не через призму твоего состояния?

Джаспер гадко засмеялся.

— Если я когда-нибудь обеднею и начну искать женщину, которая полюбит меня нищим – пусти мне пулю в лоб.

Я не стал ему отвечать. Иначе этот разговор и правда мог привести к нужде ковылять со своей сломанной ногой по лесу одному. Одно я знал точно, несмотря на все слова Джаспера – я точно женюсь на этой женщине.

Глава 16. Спустя 2 месяца

Эмма

Это были сложные два месяца.

Когда нам пришлось уехать из поместья Грейвзов и вернуться к обычной жизни, я думала, что смогу пережить летнее увлечение и жить дальше. Но Рэймонд остался в своём доме под присмотром врачей, Ровена с семьей уехали в столицу на бальный сезон, и работы в опустевшем гнезде Фростов совсем не оказалось.

Одинокие, скучные будни съедали меня и заставляли думать о Рэймонде ещё больше прежнего. Вспоминать его прикосновения, смех, голос. Я закрывала глаза по ночам, и в мыслях сразу же всплывали образы нашей поездке верхом. Когда он был столь близко, что это пугало и будоражило одновременно. В мою голову лезли самые страстные и аморальные мечты о возможностях той ночи, но… мы лишь оказались жертвами болезненных обстоятельств.

Ничего не было.

Всё закончилось.

Пора обо всём забыть.

Конечно, от возвращения в грубую реальность становилось тяжко на душе, но я старалась одергивать себя от глупых грез. Между нами ничего не могло случиться. А даже если бы в ту ночь что-то произошло – это была бы ошибка.