— Да, я только что получила информацию, но ещё не решила, что делать. Я действительно зашла к Аве после того, как рассталась с тобой, и… А потом просто импровизировала. Единственный из Фелия, кто знал об этом, кроме Марцеллуса, был его охотник по имени Деметриус. Он тайком перевёз нас из поместья в крематорий.

Вайят приподнял брови.

— Тибальт сейчас отвезёт мой прах в Сторожевую Башню, — сказала я.

Он снова нахмурился.

— Как долго ты планируешь притворяться мёртвой?

— Наверное, несколько дней, пока старейшина Дейн тоже остаётся мёртвым. Он хочет, чтобы Ассамблея проголосовала за нового старейшину. Это его дело. Он говорит, что голосование должно состояться в течение трёх дней, и это даёт мне достаточно времени, чтобы отправиться на поиски Вейла. У этого ублюдка всё ещё мое лекарство для вампиров.

Я вываливала важные вещи в присутствии трёх щенков, которых едва знала. Но кому они расскажут? Они прятались в квартире Вайята именно потому, что у них никого больше не было.

— Поэтому ты сменила внешность.

— Примерно так. Ты можешь поблагодарить Джину за то, что она продумала это. Из-за Фростов моя физиономия два дня мелькала по всем новостям. Так мне будет легче передвигаться по городу. — Я потянулась к его руке, но он отдёрнул её. Даже удар ножом в глаз не был бы так болезнен. Я с трудом сглотнула. — Скажи мне, как всё исправить, Вайят. Наши отношения. Я так сильно тебя люблю. Ты моя вторая половина, и ты мне нужен. Я никогда ни в ком не нуждалась, но я в тебе нуждаюсь.

— Ты тоже мне нужна.

— Я причинила тебе боль сегодня, и нет таких слов, которыми могу извиниться за это. Я ненавижу то, что сделала с тобой, и не прошу тебя прощать меня. Ты должен сам принять решение, и, видимо, я не заслуживаю прощения.

Он вздрогнул.

— Я не могу притворяться, что это не больно, Эви. Очень больно. Мы слишком много пережили, чтобы врать друг другу. И я зол. Я чертовски зол на тебя за то, что ты заставила меня пережить это снова.

— Ладно. — Со злостью я могла справиться, и это была очень человеческая злость, потому что в его глазах вокруг зрачка оставалось лишь самое тонкое серебряное кольцо.

— Но как бы ни злился, я понимаю и благодарен за то, что не потерял тебя навсегда. Но мне нужно немного времени, чтобы успокоиться.

— Я понимаю, поверь мне. — Я повернула руку ладонью вверх, и он прижал ко мне свою руку. Тепло его прикосновения дошло прямо до моего сердца, и горячая слеза скатилась по моей щеке. — Я думала, что всё испортила и ты со мной порвал.

— Никогда. — Он рывком притянул меня к себе на колени, и я прижалась к его груди, благодарная за это прикосновение. За то, что слышу глухой стук его сердца. За то, что вдыхаю запах его кожи и знаю, что он всё ещё мой. — Ты застряла со мной, Эви Стоун.

— Хорошо, потому что ты тоже застрял со мной.

Какое-то время мы сидели молча. Я заметила, что мальчишки куда-то исчезли, когда гнев Вайята опустился ниже критического уровня. Было интересно, как его эмоции так интенсивно влияли на них: наверное, это особенность оборотней, потому что я никогда не видела, чтобы кто-то из кланов разделял эмоции.

— Так ты действительно заколола старейшину Дейна? — спросил Вайят.

От этого неожиданного вопроса я фыркнула.

— Да. Но не глубоко, и он перенёс это как герой. Дейн — старый крепкий орешек.

— Ну он же кот.

— Какая разница.

— И этот Деметриус действительно порезал тебя? — В его голосе послышался опасный рык.

Я крепче сжала его за талию.

— Да, именно там, где я ему сказала. Чертовски больно, но заживает, и я в порядке. Ты не имеешь права мстить ему, герой.

Он фыркнул.

— Зануда.

У меня зазвонил телефон, и я подпрыгнула от неожиданности, потому что не сразу узнала рингтон.

— Это Джина, — сказала я Вайяту, прежде чем ответить на звонок. — Покойница на связи.

Кисмет застонала.

— Серьёзно?

— Ты простишь плохой каламбур за хорошие новости. Я с Вайятом.

— Слава богу. Как он?

— Угрюмый, но в порядке. — За это я получила тычок в рёбра. — Что у вас там?

— Терианцы в бешенстве, люди в замешательстве, но мы все согласны: Вейл — ублюдок, которого нужно немедленно найти, чтобы Ассамблея могла свершить правосудие.

— Звучит логично. Как Фросты?

— Они очень сбиты с толку и требуют встречи с тобой. Я попросила Астрид, чтобы она пока не говорила им о твоей смерти, но не знаю, сколько она ещё сможет тянуть.

— Может, лучше, если они будут думать, что я умерла. — Одна мысль об этом разрывала мне сердце, и я не осознавала до этого момента, что, возможно, хочу шанса узнать их поближе. Поговорить с родителями Чалис, узнать, какие они. Но, может, это эгоистично. Их дочь мертва, и им нужно оплакать её.

Верно?

— Всё сложнее, чем кажется, Эви. Они видели, как Вейл перекинулся.

Чёрт возьми.

— Как это им объяснили?