Поэтому я позвонила на телефон Тибальта, и нужный человек ответил. Когда я объяснила, зачем звоню, он пообещал немедленно передать моё сообщение старейшине Дейну и перезвонить, как только получит ответ. Это было лучше, чем ничего.

— Притворяться мёртвой — это был, наверное, самый опрометчивый и непродуманный план, — сказала я Вайяту, повесив трубку.

— Твои намерения были благородными.

По сжатой челюсти я поняла, что он согласен со мной и ещё не до конца переборол свой гнев. Я его не винила. Вайят заслуживал всяческого снисхождения в этом бардаке.

— По крайней мере, так я смогу поговорить с Фростами. — Хотя эта идея меня совсем не радовала. Я понятия не имела, что скажу им обо всём этом. Правда в стиле «ваша дочь покончила с собой, и я вселилась в её тело» не прокатит. Они упекут меня в психушку быстрее, чем горгулья превратится в камень на солнце.

— Ты выглядишь так, будто лучше согласилась бы на шесть раундов с медведем-оборотнем в его истинном обличье, чем говорить с Фростами.

— Я настолько прозрачна?

— Только для меня.

Мой телефон зазвонил. Номер был местным, но не сохранился в памяти. Я помедлила, затем ответила:

— Пиццерия «Джо», вам на вынос или с доставкой?

— Это Эвангелина Стоун? Говорит Деметриус.

Человек, у которого не было абсолютно никаких причин мне звонить.

— Да, это я. Что случилось?

— Кони ушли.

Я вскочила на ноги, сердце бешено заколотилось, живот скрутило.

— Что? Их похитили?

— Нет следов взлома или насильственного похищения. Они просто ушли.

— Какого чёрта они ушли? Джозеф умирает.

Увидев, как Вайят приподнял брови, я вспомнила, что ещё не рассказала ему эту новость.

— Не знаю, — ответил Деметриус. — Честно, не знаю. Другой охранник рассказывал, что видел, как они вместе обратились и улетели на северо-запад.

Это было плохо по многим причинам. Аврора чувствовала себя покинутой из-за ухода Финеаса. Она ждала, пока Джозеф умрёт от старости. Она держала меня за руку, когда я «умирала» у неё на глазах. Вот чёрт.

— Чёрт возьми! Это моя вина.

— Ты не…

— Да, виновата. Я должна была сказать ей, что не умерла на самом деле. Чёрт!

Вайят перехватил телефон, прежде чем я швырнула его через гостиную. Он тихо говорил с Деметриусом, пока я кипела от собственной глупости. Я могла рационально объяснить это людям, с которыми работала в Сторожевой Башне. Я не подумала о том, как это повлияет на Аврору. Бедная женщина пережила так много за последние несколько месяцев: смерть мужа и всего её клана, два похищения, пытки её ребёнка, заставившие Аву обратиться раньше времени, уход Финеаса и скорую смерть Джозефа.

Я серьёзно подумывала пробить стену в гостиной кулаком, но Вайят встал на моём пути. Я не осознавала, что дрожу, пока он не прижал меня к себе, и мягкая ткань его футболки впитала слёзы, которые начали литься из моих глаз. Боже, я становилась сентиментальной. Но Ава была моей крестницей, и я не могла защитить её, если не знала, где она.

— Мы найдём их, Эви, — прошептал Вайят.

— Как? Что, если Аврора увезёт их из города?

Он не ответил.

— Мне стоило сказать ей, что я жива. Если с ними что-то случится, это будет на моей совести.

— Аврора сама решила уйти из безопасного поместья Дейнов.

— Она бы не ушла, если бы не видела, как я умираю.

Вайят хотел утешить меня, но не стал обесценивать мои переживания, оспаривая мои вполне обоснованные аргументы.

— Я не знаю, как мы это исправим, Эви, но мы сделаем всё возможное. Мы попробуем.

— Ава всё ещё так мала.

— Я знаю, но она сильная, как и её мать. Как её Алули.

— Хотела бы я, чтобы Финеас был здесь. Она бы осталась, будь он здесь.

Вайят напрягся лишь на долю секунды, но я это почувствовала.

— Наверное. Опять же Финеас сам решил уйти. Мы не можем изменить то, что случилось.

— Нам просто нужно с этим справиться. Да, я знаю.

— У Деметриуса была одна хорошая новость. Завтра утром Ассамблея созывает экстренное собрание, чтобы обсудить нового старейшину Фелия. Судя по всему, в свете всего происходящего с Вейлом, выбор нового старейшины — их главный приоритет.

— Это уже что-то, наверное. Я устала сидеть здесь, в твоей квартире, и узнавать обо всём из вторых рук. Я ненавижу быть не в гуще событий.

— Я знаю. — Он поцеловал меня в лоб, и я вдохнула его аромат влажных листьев и корицы. — Но ты должна признать, это для тебя личностный рост.

— Это как?

— Ещё несколько месяцев назад ты бы сорвалась с места одна, наплевав на осторожность, и сделала то, что считала правильным. Теперь ты позволяешь другим заниматься делами и брать на себя инициативу.

— У меня нет выбора. — Я увидела, как он открыл рот, готовый съязвить, но опередила его. — Да-да, выбор есть всегда. Хорошо.

— Отлично.

— Знаешь, мой личностный рост может привести к твоей язве.

— Я рискну.

Глава 18

20:55