Мне не улыбалось объяснять ей, что я боюсь встречаться с Аникой в одиночку. Может быть, в присутствии Ливии та меня «случайно» не убьет. Или разделается с нами обеими, и тогда мне будет не так обидно.

— У тебя такое выражение кровожадное, — оценила Ливия. — Мне уже бояться?

— Нет, — поленилась успокаивать ее я.

Спустя десять минут мы встретились у полигона. Правда, Ливия успела где-то подцепить Нейта и притащила его с собой. Мне это нравилось все меньше. С одной стороны — лишний свидетель. С другой — Аника не станет рассказывать о тренировке Шейну, в этом я была почти уверена, а вот этот образец уникального солдата точно не удержит языка за зубами.

Впрочем, отступать было поздно.

Мы начали с разминки, и я с удивлением признала, что она мне понравилась. Аника не владела льдом, только водой, поэтому я не ждала подвоха в виде летающих острых осколков. Топить меня она тоже не пыталась, играла вполне честно, нападая и позволяя отбиваться. Сначала я пыталась достать ее когтями, как она и просила. Потом осмелела и начала швырять в нее небольшими огненными шарами. Правда, в моем случае они, скорее, были черными, чем красными, но публику забавляли. Я то и дело слышала возгласы и смех Нейта и Ливии.

— Ну что, попробуем по-взрослому? — вдруг спросила Аника с ехидной ухмылкой.

Мне стало не по себе. Это ведь я должна была плохо на нее действовать, а выходило наоборот. Ливия позади меня захлопала в ладошки. Народ требовал хлеба и зрелищ.

Пару мгновений я размышляла, как отказаться и не выставить себя посмешищем. Тренировка вышла отличной, но я с самого начала понимала, что иду в западню. Просто хотела выяснить, что нужно Анике на самом деле? Чего она на меня так взъелась? Ну не из-за Шейна же…

— Не волнуйся, Мышка, — оскалилась она, — я постараюсь не испортить твою шкурку. Просто тебе будет что вспомнить, когда в следующий раз решишь отравить незнакомым людям веселье.

— Какое веселье я посмела отравить?

— Ты поганишь мне друга, с которым раньше было очень приятно. Если ты понимаешь, о чем я.

Я принципиально решила не понимать.

— У него нет друзей.

— Конечно, — согласилась она. — Потому что мы все тут больше, чем друзья, и так останется навсегда. Ты не отсюда, милая богатенькая Мышка, и никогда этого не поймешь. Почему бы тебе не заниматься более подходящими делами? Тогда все точно останутся целы.

В глубине души я понимала, что она всего лишь провоцирует меня. Но это работало.

— Значит, по-взрослому, — словно со стороны услышала я собственный голос.

Пара фокусов была в запасе и у меня. До сих пор я не показывала ей всего, что умела делать когтями. Да что там — даже не выпускала их на всю длину. Может, в магии я Анике и не конкурент, но мне только и нужно, что разок подобраться к ней достаточно близко.

Победить, а потом сбежать в свою комнату и обдумать тренировку. Встретиться с чешуйчатым гадом и заставить его навсегда убрать от меня свою подружку. У меня в голове не укладывалось, что ее неприязнь только из-за него. Отправляясь на полигон, я надеялась услышать причину получше.

По-взрослому не получалось. Я быстро поняла, что подобраться к Анике не смогу. Она оправдывала репутацию своего факультета. Я отбивалась, расшвыривая водные потоки, действуя на одной лишь интуиции. Они летели в меня со всех сторон, будто тянулись руки огромного существа. Я не могла определить, где Аника, хоть и старалась не поворачиваться к ней спиной. Так и продолжала вертеться на месте, а о нападении не шло и речи.

Внезапно что-то полоснуло меня по спине, а следом водным потоком ударило по ногам под коленями. Я рухнула на землю, открыв рот в безмолвном крике, но от боли не могла даже вдохнуть. Мелкие камешки впивались в ладони, глаза застилала красная пелена. Спина горела. Казалось, в нее вонзили огромный топор. Я попыталась завести назад руку и проверить, но только упала в жидкую грязь.

Мир померк.

Глава 27

Мне было холодно.

Так неестественно холодно, будто в мире просто не осталось ни тепла, ни огня. Ни даже одного тяжелого и приятного одеяла, в которое можно закутаться с головой. Я бы поискала вокруг, но пошевелиться не хватало сил. И хотя никто меня не удерживал, все равно оставалось ощущение, что я привязана к кушетке. Дергайся сколько душе угодно, а освободиться не сможешь.

Иногда мимо проходили люди, тихо переговаривались между собой. Меня лечили, и я знала, что много времени не потребуется: целители в Академии хорошие. Хотя в те минуты знание не помогало — мне было больно. Демонически больно. Я проваливалась в сон, и когда просыпалась — не могла определить, сколько времени прошло. Потом засыпала снова.

Впервые задержаться в сознании дольше, чем на пару минут, мне удалось глубокой ночью. Я не сразу поняла, почему вокруг так темно. Успела испугаться на долю секунды. Что если я все-таки умерла? И даже не узнала от чего…