Да, предупреждала. И Гизела знала, какова цена провала. Но она никогда не думала, что эту цену ей придётся заплатить от руки собственной матери.

Гизела попыталась высвободить волосы из её хватки.

— Отпусти!

Мать подняла меч, собираясь перерезать ей горло.

В тот самый миг, когда Мира уже собиралась нанести удар, Гизела превратилась в пчелу и облетела её, чтобы ужалить мать в спину.

Мира взвизгнула и замахала хвостом, пытаясь сбить Гизелу.

Гизела полетела к причалам, но из-за ранения не смогла удержать форму. Она с грохотом рухнула на настил уже в человеческом облике, а затем прокляла тот факт, что снова оказалась совершенно голой.

Единственное, что она действительно ненавидела в оборотничестве. Почему, когда они возвращались в человеческий облик, нельзя было сохранить одежду?

Она едва успела об этом подумать, как Мира оказалась рядом.

Мать одним копытом сбила её с ног, а затем поставила копыто прямо ей на грудь. Она надавила так сильно, что Гизела едва могла дышать, а по телу разлилась взрывающаяся боль. Казалось, рёбра вот-вот сломаются. Она судорожно втянула воздух — мучительный вдох, от которого рана заболела ещё сильнее.

Всё было кончено. Она не могла обратиться. Не могла отбиться от матери, учитывая вес её лошадиного тела.

«Если мне суждено умереть…»

Она хотела умереть в том теле, в котором родилась.

Закрыв глаза, Гизела выдохнула и отпустила всю энергию, которую копила всю жизнь, чтобы всегда выглядеть человеком. Чтобы ни разу не ошибиться и не превратиться в то, что её мать ненавидела больше всего.

В единорога.

В тот миг, когда она изменила облик, Мира закричала и отступила.

Гизела фыркнула, чувствуя, как по её телу растекается новая сила. Ничего подобного она прежде не испытывала. Тёплая, успокаивающая, почти ласковая. Она всё ещё была ранена, но боль теперь казалась не такой сильной. Словно её тело было настолько счастливо наконец стать тем, чем родилось, что всё остальное перестало иметь значение.

А вместе с этим обликом оно подарило ей ещё кое-что…

Оружие.

Опустив голову, Гизела бросилась на Миру.

Но в тот самый миг, когда она должна была добраться до матери и пронзить своим рогом её холодное, бессердечное сердце, Мира исчезла.

Встав на дыбы, Гизела яростно заржала.

— Трусиха!

Слово едва успело промелькнуть у неё в мыслях, как она поняла, что больше не одна.

Справа от неё стоял Заудин.

Перед ней Масакагэ и Кандара смотрели на неё с полным изумлением.

Хотя, если уж на то пошло, смотрели они не столько на неё, сколько на её рог.

Гизела ударила копытом по земле и фыркнула:

— Кто-нибудь назовёт меня ослом с дротиком — и я насажу его на рог.

Масакагэ расхохотался так, что едва не подавился.

Кандара закатила глаза.

Улыбаясь, Заудин подошёл к ней и погладил по гриве.

— Это последнее, как я когда-либо назову тебя, любовь моя.

— Что ж, теперь мы знаем, еёотцовскую родословную, — заметил Ронан, присоединяясь к ним.

Гизела повернула голову к нему.

— Что происходит с кентаврами?

— Отступают. Похоже, твоя мать поняла, что ей не тягаться с вашей четвёркой. — Ронан почесал шею. — Хотелось бы знать, кто открыл для них порталы… причём в обоих направлениях.

Гизела знала ответ.

— Её отряд магов. Я никого из них не видела, но она использует их в сражениях и, должно быть, привела нескольких с собой.

Вот почему она смогла так быстро оказаться на палубе.

Надо было догадаться. Так же, как Гизела теперь знала, что именно задумала её мать.

— Она отступила на свои земли. Но вернётся. И приведёт с собой гораздо больше воинов.

Заудин кивнул.

— К сожалению, с её тактикой ведения боя мы знакомы не понаслышке.

Кандара шагнула вперёд.

— Но у неё нет того, чего она хочет больше всего.

— Моей головы? — спросила Гизела.

— Я имела в виду контракт с Дэшем. Но да, твоя голова, вероятно, тоже занимает в этом списке далеко не последнее место. Сегодня она пережила немало разочарований.

— А это лишь сделает её ещё решительнее. — Гизела устало вздохнула. — И что же теперь будет с нами?

— Всё хреново и шиворот-навыворот, — беззаботно ответил Ронан.

Не обращая внимания на его комментарий, Заудин задумчиво потёр подбородок.

— Нам нужно вернуть домой заблудшего принца и выполнить условия контракта. Давайте займёмся тем, что необходимо сделать.

— Мы всё ещё не знаем, где находится принц, — напомнила им Гизела.

Ронан покачал головой.

— Это не совсем так. Мисси знает.

Заудин ничего не ответил, лишь опустил руку и провёл ладонью по боку Гизелы. И только тогда заметил кровь в её шерсти.

— Ты в порядке?

— Я бы хотела сказать, что да, но… мне нужно прилечь.

Он тут же снял плащ и укутал её.

— Меняй облик, а я отнесу тебя в гостиницу.