Разумеется. Наверняка мать добавит её голову к своей коллекции.

Это были последние минуты её жизни, а перед глазами проносилось лишь одно — воспоминания о Заудине. О том, как её любили. И о том, как любила она.

Единственное, о чём она сожалела, — что так и не сможет сказать ему, что любит его.

Закрыв глаза, она приготовилась к тому, что кентавры прикончат её.

И именно в тот момент, когда они настигли её, раздался взрыв.

Настолько оглушительный, что на несколько секунд она полностью оглохла. Искры взвились вокруг неё, озаряя весь переулок.

А затем она почувствовала его.

Ту огромную силу, настолько мощную, что воздух задрожал вокруг него.

«Заудин».

Сильные мускулистые руки обхватили её, подняли с земли и прижали к широкой груди. На глазах Гизелы выступили слёзы, когда она встретилась с его нежным взглядом.

— Никто не посмеет унижать мою леди, — прорычал он, укутывая её своим чёрным плащом. — Он поцеловал её в лоб, а затем передал Масакагэ. — Защити её.

После чего бросился на кентавров, заставивших её истекать кровью.

Гизелу охватила радость, когда он обрушил яростный удар прямо в лицо капитану.

Масакагэ рассмеялся, а Кандара пронеслась мимо него, спеша на помощь Заудину.

Гизела прикусила губу.

— Я должна быть рядом с ним.

— Не раньше, чем мы перевяжем твою рану. Ты никому не сможешь помочь, если умрёшь.

Наверное, он был прав. Но всё же…

Заудин был здесь. Он пришёл за ней.

— Как ты меня нашёл? — спросила она Масакагэ, пока он нёс её по улице, а она прижимала к себе раненую руку.

— Не знаю. Заудин каким-то образом догадался. Никогда ничего подобного не видел. Он был абсолютно непреклонен.

Она обняла его, затем поцеловала в щёку.

— Спасибо.

Масакагэ действительно покраснел.

— Не благодари меня за то, что я забочусь о семье. Мы именно этим и занимаемся.

«Семья…»

У неё были те, с кем её связывала кровь, но прежде она никогда не знала, что значит подобная связь. А Масакагэ был прав. Теперь Масакагэ, Кандара, Заудин и даже Ронан стали её семьёй.

Она сделала бы для них всё, особенно для Заудина.

Масакагэ отвёл её к небольшому пустому шлюпу.

— А где все? — спросила она.

— Это судно Мисчиф. Она и её команда помогают сражаться с кентаврами.

«Разумеется, помогают. Семья».

По её щеке скатилась слеза.

— Мне нужно быть с Заудином.

— Заудину нужно знать, что ты в безопасности. Худшее, что ты можешь сделать, — подвергнуть опасности его сердце.

— Я не понимаю.

Покачав головой, Масакагэ отвёл её в капитанскую каюту и уложил на узкую кровать.

Он откинул плащ, чтобы осмотреть рану. Она находилась высоко на боку, почти у самого плеча. Увидев её, он зашипел.

— Наверное, это ужасно больно.

— Бывало и хуже, но эта рана определённо входит в число претендентов на первое место.

С усмешкой он использовал свои силы, чтобы остановить кровотечение.

Когда он хотел сделать что-то ещё, она остановила его.

— Иди к Заудину и присмотри за ним.

— Он хочет, чтобы я остался с тобой.

Она положила руку ему на ладонь.

— Обещаю, я останусь здесь. Но мне нужно, чтобы ты позаботился о моём сердце. Пожалуйста, Масакагэ. Он тоже ранен. Верни его ко мне целым и невредимым. И чтобы он дышал.

В его глазах мелькнуло сомнение, но он кивнул.

— Помни, моя жизнь в твоих руках. И не вздумай вставать! Меньше всего мне хочется получить взбучку от разъярённого тролля.

Она рассмеялась, а затем поморщилась от боли, когда он создал для неё одежду и вышел.

Заудин пришёл за ней. Она всё ещё не могла в это поверить. Никто и никогда прежде не делал для неё ничего подобного.

Это был самый прекрасный момент в её жизни.

Вздохнув, она плотнее запахнула его плащ и вдохнула его мужественный запах. По телу разлилось тепло.

Она предпочла бы оказаться в его объятиях, но это было почти так же хорошо. Никогда прежде она не чувствовала себя такой счастливой. Она подтянула к себе одежду и оделась.

Как только она застегнула последнюю пряжку на кожаном камзоле, сверху, по палубе, послышались шаги.

«Наверное, кто-то из мародёров вернулся».

Она надеялась, что это означало их победу в сражении.

Она снова завернулась в плащ, и в этот момент дверь каюты открылась.

И вошла Мира.

Глава 20

Шок пригвоздил Гизелу к месту, когда она уставилась на человека, которого меньше всего ожидала увидеть. Да даже появившийся в её постели мёртвый Гарин удивил бы её меньше.

Гизела заставила себя выступить навстречу королеве, хотя ноги предательски дрожали.

Одетая в чёрные кожаные доспехи, мать, как всегда, выглядела величественно. Вплоть до надменной усмешки на прекрасном лице.