Ее руки легли мне на плечи, а гнилое дыхание коснулось уха.

Я дернулся назад, но заставил себя остановиться и посмотрел в пустоту ее глаз. Мордра сидела прямо передо мной на нижнем уступе валуна.

— Их души подвергнут пыткам, а смерть станет кошмаром, достойным совершенных при жизни злодеяний. Почему ты попал сюда? Почему не оказался в той реке?

— Не знаю, — ответил я.

Живот скрутило, потому что я, скорее всего, заслуживал такую судьбу. Я причинял людям боль, убивал фейри и Нимф, хотя никогда не делал этого из мелочной жестокости или жажды насилия. Но ради того, что считал правильным, я совершал дурные поступки.

— Благородство, — хихикнула она. — Смирение. Сожаление. Раскаяние. Честь. Эти качества покупают тебе пропуск у звезд и позволяют миновать реку с ожидающими за ней мучениями. Но некоторые из нас способны одновременно раскаиваться и презирать. В принципе я сожалею о смертях, причиной которых стала при жизни, однако моя ненависть к убитым не ослабла. Заслуживаю ли я избежать реки, милый князь Драконов?

— Ненависть не грех, — ответил я. — И некоторые заслуживают ее сильнее любых других чувств.

Мордра склонила голову набок. Движение продолжалось, пока не стало противоестественным и не показалось, что голова вот-вот отвалится. А затем она исчезла. Ничто. Лишь завихрение воздуха и запах в пещере.

— Если кто-то захочет вернуться, цена будет очень высокой. Чем можно подкупить перевозчика? — задумчиво спросила она.

У ее голоса не осталось тела, которое могло бы вдохнуть в него жизнь.

— Дай мне ответ, и я с готовностью заплачу, — поклялся я.

— Такой уверенный. Такой, такой уверенный, — вздохнула она. — Знаешь, они наблюдают. Всегда смотрят, всегда направляют, играют нами, словно фигурами на доске.

— Звезды? — предположил я.

Порыв холодного воздуха мог означать согласие.

— Но не мной. Никогда не мной.

— Скажи, что делать, — взмолился я.

— Давным-давно существовал способ направлять судьбу без вмешательства звезд, — задумчиво произнесла она. — Магия, которую они не контролируют. Та, которую не способны отнять у нас даже после смерти. Знаешь, это место — тюрьма. Созданная ими пустота, где они собирают силу, которую когда-то так щедро подарили.

— Что это должно означать? — спросил я.

— Ты мне скажи. Где твое пламя? Что случилось со льдом?

Кровь покалывало, пока я пытался призвать магию стихий, которая прежде являлась неотъемлемой частью моей сущности. Я почти ощущал, как сила шевелится внутри, но та не поднималась к поверхности кожи с прежней легкостью.

Справа, возле уступа, окруженного кольцом мелких драгоценных камней, появилась окровавленная улыбка.

— Эфир не преклоняется перед звездами, — прошептала Мордра. — Но тебе понадобится человек на другой стороне, способный разобраться, как это использовать. В Библиотеке Потерянных есть место, где скрыты подобные знания. Глубоко под землей, вдали от жадных глаз звезд, их прячут камень и вода. Охраняют те, кто ценит эти знания превыше всего. Найди их. Забери. Воспользуйся.

Я открыл рот, желая задать новые вопросы, но передо мной возникла скрюченная ладонь с пожелтевшими ногтями. За ней ухмылялось страшное лицо. Мордра дохнула мне в лицо прогорклым воздухом, и меня выбросило из ее владений.

Пещера раскололась и обрушилась вокруг. Бледно-голубой свет угас до полной темноты, а затем вновь засиял золотом. Рядом я почувствовал Мериссу. Ее ладонь сомкнулась на моем запястье, когда нас вышвырнуло из камеры в мягкое тепло леса.

Я сильно ударился спиной о землю, но здесь боль существовала лишь тогда, когда мы сами ее желали, поэтому просто опустил голову на одеяло из листьев. Мысли метались, пока я смотрел на тихо колышущиеся кроны и безмолвные звезды за ними.

Завеса окутала меня. Лес растаял, и вместо него под спиной оказалась мягкая трава. Надо мной возвышалось дерево в форме вставшего на дыбы Дракона. Рядом с ледяным гробом, созданным для моего тела, лежала девушка, которую я любил сильнее жизни. Ее глаза покраснели, а сердце было разбито.

— Где она? — выдохнула Рокси.

Я понимал, что ее душу мучило не только горе по мне. Она отчаянно нуждалась в близняшке, не знала, где та находится и какой жестокий поворот судьбы ее настиг.

Я протянул к ней руку, но на этот раз даже сам почувствовал разделявшее нас расстояние. Моя ладонь легла на ее ладонь, не ощутив прикосновения. В то мгновение я не мог прорваться к ней и получить даже отголосок ее тепла.

— Боже, как бы я хотела снова ненавидеть тебя, как прежде, — прошипела она, не зная, что я слышу обращенные ко мне слова.

Вместо того чтобы принять мою руку, Рокси сжала кулак и ударила по стенке гроба. Под напором ее силы весь ледяной саркофаг покрылся паутиной трещин, но от следующего прикосновения они вновь затвердели.