Хейл последовал за мной. Я направился к жене и надавил на Завесу. Вокруг возникла крыша, где Рокси стояла в центре пентаграммы. Она следовала словам заклинания, обращалась к эфиру и направляла взгляд в смерть, готовясь протянуть руку за душой для темной магии.

— Прошу, произошла ошибка. Я ничего не сделал, — забормотал Дженкинс.

От его лжи между моих зубов повалил дым. Я уже поднял кулак, чтобы заставить его замолчать, но Хейл оказался быстрее. Он ударил Дженкинса, с криком повалив на спину между нами.

— Я знаю таких червей, как ты. Одного оставил корчиться в мире живых со шрамом через глаз, напоминающим, как легко я мог его убить. Глубоко сожалею, что сохранил его сердце бьющимся. Но не пожалею, привязав тебя к темной силе дочери. Я позволю ей подчинить тебя, сломать, истратить всю ничтожную ценность твоей души, а потом ты обратишься в ничто.

— Я никогда больше не обращусь к воспоминаниям о тебе, Дженкинс, — мрачно произнес я. — Никто тебя не запомнит. Когда вернусь, сотру твое имя из мира живых, но сначала вычеркну его из смерти.

— Нет! Прошу! Подождите! — закричал он.

Мы с Хейлом схватили его и обменялись порочными улыбками.

Кристалл тигрового глаза лежал у вершины пентаграммы. Рокси призвала душу, чтобы заключить внутрь. Хейл схватил Дженкинса за вторую руку, и мы вдвоем силой затолкнули его кричащую, умоляющую, жалкую душу в камень. Могущество захлопнулось вокруг и навсегда решило его судьбу.

Я отвернулся вместе с отцом жены.

Мы ухмылялись как два дикаря.

Глава 17

Мерисса

Мой облик мерцал между миром живых и пространством за Завесой. Вокруг возникали покои, пока я пыталась оставаться ближе к другой стороне, где была нужнее всего.

Я закрыла глаза и обмякла на троне во Вечном Дворце. Тяжело дышала, хотя понимала, что на самом деле воздух не нужен. Но привычки, сформированные за целую жизнь, медленно исчезали даже после смерти. Некоторые души больше никогда не делали вдохов, не представляли биения сердца в груди, вообще не ощущали прикосновений. А я предпочитала помнить, каково это — жить, и продолжала наполнять свое существование привычными ощущениями.

В зале никого не было. Остальные по-прежнему выполняли задания, пытаясь изменить судьбу. Но я навещала Габриэля, держала его за руку, пока он лежал привязанный к креслу Королевского Провидца, и видела пути, простиравшиеся перед дочерьми и их друзьями.

Дверь распахнулась с грохотом. Я подняла взгляд и увидела Каталину: глаза широко распахнуты от страха, длинные спутанные волосы дико струятся по спине. Она побежала ко мне. Следом в комнату ворвался Хэмиш Грас в облике Цербера. Потолок поднялся, освобождая место трехголовому зверю.

— Ты узнала что-нибудь о планах Лайонела? — потребовала я. — Он расставляет ловушку? Удалось что-нибудь изменить?

— Я добралась до него. Едва-едва, — ответила Каталина.

Между бровей легла складка, не сулившая ничего хорошего.

— Он не думал обо мне, но потом Лавиния заговорила о том, что станет его невестой. На краткий миг его мысли обратились ко мне. Я проскользнула в щель пустоты и оказалась рядом.

Хэмиш тихо зарычал и подошел ближе. Огромная лапа коснулась ее руки, предлагая утешение. Но Каталина лишь вскинула подбородок и отказалась позволять мужчине, которого когда-то называла мужем, лишить ее стойкости.

— Я не могла оставаться надолго. Но он был возбужден и что-то скрывал от Принцессы Теней. Говорил о большом драконьем празднике, который собирается устроить сегодня во время метеорного потока Гидриды.

— И? — спросила я, чувствуя, как внутри прокатывается ужас за детей.

Хэмиш одним стремительным движением вернулся в форму Фейри, обнял Каталину за плечи и мрачно улыбнулся.

— Моя умная Кисонька слишком хорошо знает мерзавца и учуяла его ложь, словно снаффваффер на рассвете, — сказал он. — Она обыскала ящики и нашла книгу записей, которую тот спрятал, как белка лишний орех, не помещающийся в ее грызучую челюсть.

— Что это значит? — поторопила я.

Время утекало, метеорный поток приближался. Я достаточно хорошо знала дочь, чтобы понимать: она уже готовится выйти и направиться к Дворцу Душ на поиски сестры.

— Он составлял список самых могущественных и преданных сторонников, то есть Гильдии Драконов. Я нашла приглашение в глубине шкафа. Ублюдок никогда не умел накладывать достаточно хорошие чары сокрытия, чтобы меня перехитрить, — сказала Каталина. — Приглашение было написано странно. Он просил членов Гильдии Драконов прийти и исполнить согласованную клятву. Хэмиш одолжил мне часть силы, и вместе мы сумели перелистать книгу прямо в шкафу. Мерисса, думаю, Лайонел собирается связать себя Узами Хранителя с каждым Драконом Гильдии. Создать целую армию между собой и всеми, кто попытается положить конец его правлению.