Стоило нажать кнопку, как заиграла «Cinderella’s Dead» Эмелин. Рокси резко вдохнула и удивленно повернулась к Атласу, позволяя словам окутать себя. Возможно, она забыла, какая крутая сучка, как утверждала песня. Пора было вспомнить. Судьба изменилась? Да и хуй с ней. Эта женщина уже не раз выбирала собственную судьбу. Одни звезды ее не направят.

Я двигался вокруг, пока слезы медленно высыхали на ее щеках. Челюсть напряглась. Рокси слушала песню и возводила стены, снова затягивала броню вокруг расколотого сердца.

Книга Эфира была открыта на странице о разрушении проклятий. После беглого взгляда текст не показался особенно полезным. Над ее семьей висел не мелкий сглаз. Но книга словно звала меня, шептала о защите, древних способах уберечь себя от смерти.

Я потянулся к книге и перелистнул страницы. Рокси резко обернулась на шелест. Иллюстрации и текст мелькали слишком быстро, чтобы что-то заметить, пока я не остановился и с силой не раскрыл нужный разворот, заставив книгу подпрыгнуть на матрасе.

Рокси посмотрела прямо на меня. На полсекунды показалось, что она действительно видит, но затем взгляд расфокусировался и прошел насквозь. Я снова обратился к книге.

«Как привязать себя к жизни

С помощью торговли душами возможно цепляться за жизнь после момента естественной смерти. Проклятую душу, обреченную на вечные мучения, можно выманить к границе Завесы и заточить внутри чистого кристалла тигрового глаза. Выбранный камень должен обладать высочайшим качеством и при этом оставаться достаточно маленьким, чтобы его можно было поместить под кожу того, кто желает при необходимости избежать смерти.

Сначала душу следует призвать: сжечь укроп и лаванду в центре пентаграммы и произнести слова силы, приведенные в конце инструкции. Подобная некромантия требует платы кровью. Ее можно внести, принеся добровольную или невольную жертву. Либо заплатить лично, целиком отдав детские воспоминания при извлечении души из-за Врат Скорби.

Следует помнить, что проникновение в смерть ради подобной души чрезвычайно опасно. Вероятность неудачи растет в зависимости от того, насколько глубоко некроманту придется войти в Завесу. Подробности заклинаний для захвата души и привязки к кристаллу приведены на следующей странице.

Заточенный в кристалле дух активируется словом «Vivere» и обращением к эфиру, однако лишь после того, как камень будет введен под кожу желающего воспользоваться его силой.

Кристалл удержит смерть на расстоянии, обманув саму Завесу. Пойманная душа станет преградой, скрывающей заклинателя от зова потустороннего мира.

Примечание: заклинание не поможет при обезглавливании, полном расчленении или извлечении сердца.

Также следует учитывать, что после применения силы кристалла заточенная душа погибнет. Платой станет ее вечное существование».

Одного взгляда на лицо Рокси хватило, чтобы понять: она совершенно не возражает против риска этой магии. Я зарычал и оставил ее читать дальше. Жена уже решила провести ритуал, а значит, мне требовалось подготовить душу для захвата. Я обеими руками поддерживал использование эфира в ее интересах, но нельзя отрицать и опасность. Все, что я мог сделать для ее уменьшения, становилось первоочередной задачей.

Я вернулся во Вечный Дворец. Глаза привыкли к неизменному золотому сиянию. У Карты Судьбы остался лишь Хейл.

— Ну? — потребовал он.

Я прищурился из-за тона, но он знал об этом месте гораздо больше, чем мне удалось узнать за короткое время, поэтому ответил.

— Рокси нужна душа. Она заточит ее в кристалле тигрового глаза для заклинания из Книги Эфира. Если смерть придет за ней, это поможет увернуться.

— Значит, она продолжает идти путем темной магии? — пробормотал он.

В голосе смешались страх и гордость.

— Когда удерживающая ее магия разрушится, душа навсегда погибнет, — добавил я, не обращая внимания на тревогу в его взгляде.

Рокси уже выбрала путь, и свернуть ее было невозможно. Поэтому я решил помогать.

— Ты собираешься забрать душу из-за Врат Скорби? — спросил Хейл, приближаясь.

Его плащ колыхнул золотую дымку.

— Это лучше, чем использовать душу, заслужившую место здесь. Но заклинание и требует выбрать кого-то оттуда. Расскажешь, как это сделать?

— Это непросто.

Он прошел настолько близко, явно заставляя меня отступить. Но я прочно уперся ногами. Его плечо врезалось в мое и развернуло лицом. Мы зарычали друг на друга.

— Хочешь разобраться со мной? — негромко спросил я. — Сейчас? Когда ей нужно, чтобы я сосредоточился на магии, которую она решила создать?

Хейл медленно выдохнул. Наши взгляды встретились, воздух наполнился насилием. В этом мы сталкивались, но здесь же были сильнее всего похожи. Любовь к его дочери превосходила соперничество и мелочность между нами. Оба это понимали.

— Свирепым Королем меня называли не только за зверства, к которым подталкивал твой отец, — сказал он. — И существовала чертовски веская причина, по которой Лайонел даже не думал сражаться со мной один на один.

Я приблизился. Под кожей крался Дракон, жаждавший крови, но я оттолкнул его и отверг соблазн боя.