— Да-да, понимаю, сам хочу их бубенцы почикать, но нельзя, понимаешь? Я тоже очень расстроен.

А это новость: неужели коты понимают язык мантикор?

— А вы, Двен? — поинтересовалась я, искренне веря в благоразумие мужчины — ему-то зачем размышлять об убийстве гостей?

Двен мою веру разбил напрочь, выразительно проведя пальцем по горлу.

— Но почему вы решили остановиться у меня? — вздохнула я.

— Потому что твоя комната — единственная, куда гости не решатся сунуться. Ты же леди, причем без магии, поэтому по отношению к тебе они должны вести себя абсолютно идеально, — сказал Соломон.

— Неубедительно, — фыркнула я, вспоминая высокомерное поведение Аделии.

Двен вздохнул, даже мантикора смотрела на меня укоризненно. Соломон же внезапно вскочил на кровать, устроившись около моих ног. Если я поглажу, он не оскорбится ведь?

— Если они поведут себя как-то иначе, то у Дитриха будет совершенно легальный повод вызвать их на магическую дуэль и убить, — заявил Соломон. — Это и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что смерть плохих людей не может быть плохим событием, а плохо, что все удовольствие достанется только ему.

— А за что вы их так ненавидите? — спросила я.

Ситуация с детьми ясна, но можно ведь не смерти желать, а там… проклятие какое наложить! Например, пожелать, чтобы волосы росли везде, кроме головы. Маги они или не маги, в конце концов?

— За само их существование, — пафосно заявил кот, а после все-таки пояснил: — Ладно, все равно узнаете, так что расскажу.

Аделию Бронстед в поместье Редривер не то что ненавидели, скорее, недолюбливали и относились с долей презрения, однако терпели. Ее присутствие помогало детям стабилизировать их силы, поэтому к ее визитам относились как к сильному побочному действию исцеляющего зелья: можно и потерпеть в небольших дозах. Но вот Шаренсат…

Шаренсаты — совсем другое. Даже если отбросить их стремление к власти, то была еще непомерная жажда силы и искаженные моральные ценности. Более сотни лет назад они ставили эксперименты на магах, что привело к трагедии. Их род не изничтожили только из-за того, что война была в самом разгаре. Потерять один из сильнейших родов в этот период было равноценно полному разрушению страны. А после как-то все сгладилось, забылось.

— Но у нас есть подозрения, что они продолжают эксперименты, но уже не на магах, а… — Соломон замолчал.

— На обычных людях? — подсказала я.

— Если бы… — тихо откликнулся Двен.

Я уставилась на Двена, ожидая продолжения, но тот молчал. Соломон тоже, и даже Франсуа-Доминик порядочно притихла.

— Дети? — спросила я, предположив худшее.

— Дети, преимущественно — магически одаренные дети, — тихо ответил Двен. — Чем сильнее дар, тем больше Шаренсаты в них заинтересованы…

Тишина снова повисла в комнате, после чего Соломон совсем по-человечески вздохнул и сказал:

— Говори все, в любом случае Дитрих планировал ей все рассказать. Вы, Кира, подошли практически по всем параметрам, да и искать сейчас кого-то нет ни времени, ни возможности. Мы успели буквально в последний момент.

А это еще что за новости? Я плотно сжала губы, чувствуя, что этот контракт принесет мне немало сюрпризов. О том, что Шаренсаты возобновили эксперименты на магах, Дитрих стал догадываться одним из первых в королевстве: присматривать за ними из-за давней вражды было чем-то вроде незыблемого правила семейства Редривер. Но одно дело догадываться, а найти доказательства и предъявить их — совершенно другое. Причем доказательства должны были быть куда более весомыми, чем пара-тройка пострадавших магов, иначе все усилия могли уйти в пустоту: Шаренсаты нашли бы козла отпущения, покаялись и продолжили бы свое дело, втрое усилив бдительность. И тогда точно ничего невозможно было бы отыскать, ведь даже сейчас Шаренсаты не оставили ни единой прямой улики.

Но были косвенные. Например, привычка набирать необученных слуг среди простолюдинов, чтобы обучить их и дать им работу в одном из поместий. Странностей тут две. Во-первых, обученных слуг можно нанять через специальную академию, где они приносили клятву верности своим будущим господам. И проблем с деньгами у Шаренсатов не было. Во-вторых, все слуги как на подбор: маги с даром выше среднего, сироты или те, у кого не имелось родственников.

Дальше — больше.

Буквально несколько лет назад Шаренсаты, за которыми прежде не замечали никакой активной благотворительной деятельности, внезапно решили помочь юным магам, не способным самостоятельно заплатить за обучение. Построили школы, нашли учителей — все без исключения из их рода. Причем не какие-то дальние родственники, а прямые! Например, этих детей обучал сам брат главы рода Шаренсат. Большинство считало, что Шаренсаты взялись за ум или же, что более вероятно, поднимали свою популярность среди магов. Но и Дитрих, и даже сам король были другого мнения: они возобновили свои чудовищные эксперименты.