— Ах, эта старая карга снова все перепутала…

— Госпожа Вивьена, — перебила её я, чувствуя, как начинаю злиться по-настоящему.

— Что?

— Её зовут Вивьена. А для вас она госпожа Вивьена. Можете называть меня как угодно, но к ней вы обязаны проявить уважение, — проговорила спокойно. Пока секретарь находилась в прострации, я продолжила: — Близится ночь, а Западная башня до сих пор не сияет. Это дело нужно исправить. Скажите, что и где я должна убрать.

Рафка поджала губы, пренебрежительно фыркнула и нагрузила меня тонной работы. Сначала мне предстояло убрать все злодеяния духа. По логике секретаря, виновницей акта призрачного вандализма являюсь я, а не нечистый. А потому убирать тоже мне.

После этого нужно вычистить буквально все нежилые помещения башни. 

— Поняла? — спросила она с деланной благосклонностью.

— Да.

— И чтоб блестело! Я проверю. Разводы, грязь под косяками и паутина в углах неприемлемы. Увижу в первый раз, так и быть, просто накажу. Но если это повторится… — она плотоядно улыбнулась, — выгоню.

Ох, какая досада!

— Будет очень жаль покидать эту комнату, — протянула я со вздохом, — у Верховного в кабинете не так удобно, как здесь.

— О чем ты?

— Ну как же… Вы меня выгоните. За дело, конечно же — ведь вы вся такая чистая и непредвзятая. Я пойду к нему и начну плакать. Долго, со вкусом. Разрыдаюсь до посинения! Потом стану умолять. Ему станет меня жалко, и он разрешит мне жить в своем кабинете. Логично ведь?

Я посмотрела в обалдевшее лицо Рафки и округлила глаза:

— О! Точно! Преподавательские покои наверное ещё больше, чем ученические. Там хватит места на двоих! Как думаете, он оставит меня в кабинете или пригласит к себе? Хм… Надеюсь на второе!

— Бесстыжая! — крикнула девушка, густо покраснев. — Как только земля такую нахалку носит?! Марш работать!

Она топнула ногой и наконец ушла. Хихикнув, я направилась за чудо-ведром. Ночка будет долгой... И, думается мне, без приключений не обойдется.

25

***

Жозефина была зла. Даже не так. Она пребывала в натуральном бешенстве, но никому этого не показывала.

По крайней мере, графиня Кларри была уверена, что никто этого не видит… Но от внимательных глаз леди Делантон мало что могло укрыться.

— В Шантале на удивление приятная погода. — Сладко тянула Сесилия, медленно прогуливаясь по садовой тропинке. — Близится середина сентября, а небо даже ночью ясное. А воздух… чудный воздух. Хочется петь и танцевать.

— Угу, — мрачно отозвалась Жозефина. Она изобразила подобие улыбки, но её глаза зацепились за прекрасную белую розу, растущую в отдалении от всех цветов, и девушка раздраженно повела плечами.   

Сесилия проследила за взглядом своей госпожи и сразу все поняла.

— Чудесный цветок, не так ли? — спросила баронесса, томно вздыхая. — Такой удивительно красивый. Непохожий на остальные цветы. Все растения в этом саду прекрасны, но эта роза… Само очарование!

— Как давно ты увлекаешься цветами, Делантон? — едко поинтересовалась Жозефина, приближаясь к кусту.

— Совсем недавно. — Улыбнулась девушка, а после добавила: — Все познается в сравнении… Есть цветы простые. А есть — как эта роза.

Стрела достигла цели. Кларри протянула руку к стеблю и с силой дернула его на себя. Цветок надломился, а графиня прикусила нижнюю губу. В уголках подведенных глаз заблестели слезы.

— Отвратительная роза, — рыкнула девушка, глядя на уколотый палец. Она бросила цветок ноги, раздавила нежный бутон каблуком и скомандовала: — Возвращаемся. Мне надоело гулять.

— Но ведь мы только вышли…

— Я сказала — возвращаемся. — Припечатала Жозефина, резво бросившись к замку.

Сеселия позволила себе кривую усмешку. И пусть эта невинная шалость ничуть не улучшила её положение, она все равно осталась довольна.

Графиня растеряла всё самообладание. Она совершенно беспардонно срывала любые светлые цветы, что встречала на своём пути, крошила их в клочья, а после бросала под ноги.

Наконец они покинули сад и оказались в здании, однако Жозефина не думала успокаиваться.

— Я её ненавижу, — призналась Кларри. — Почему она, а не я… Чем она лучше?

— О ком ты? — Сесилия непонятливо похлопала ресницами, чем окончательно довела Жозефину.

— Об Алессе! Об этой нелепой заклинательнице призраков, чтоб вся нечистая сила её побрала! Она только появилась, а о ней уже трещит вся академия. Ты видела, как Верховный сегодня смотрел на меня в коридоре? Как на надоедливую муху. Уверена, не будь я графиней, он бы выбросил меня в окно! А все почему? Потому что он бежал к ней! К ней, чтоб ей провалиться! — она замерла напротив окна и вгляделась в своё отражение. — Чем она лучше меня? Не понимаю.

— Не думаю, что Алесса заинтересовала его как женщина. Даже если я ошибаюсь и это так, то уверена, что дело не в её красоте. Лорд Фантом видел множество красавиц. Его не зацепить милой мордашкой.