Иными словами, мне нужно было быть супер-ультра-скрытной. Я припарковалась на соседней улице, закинулась пакетом мозгов, перемахнула через канаву и срезала путь через узкую полосу леса. На опушке у самых деревьев я замерла — затаив дыхание, прислушиваясь и принюхиваясь. Никого из его соседей с обеих сторон не было дома, и я мысленно поблагодарила младенца Иисуса за это маленькое преимущество. И передняя, и задняя двери его трейлера были заперты на навесные замки, но меня это совершенно не волновало. Я бывала здесь несколько раз в прошлом, когда еще встречалась с Рэнди. И хотя в те времена я терпеть не могла тусоваться с Джаддом, сейчас я была искренне рада, что в уши мне западали его тупые бредни о путях отхода и секретных люках на случай террористических атак. Потому что, видит бог, будь я террористом, занюханный трейлерный парк в глухомани Луизианы определенно стал бы моей целью номер один. Сто процентов.

Натянув перчатки, я подобралась к задней части трейлера Джадда, присела на корточки и заглянула под днище. Паутина, мусор и слишком уж большое количество всяких жуков образовали там мерзкие, жуткие джунгли, но, по крайней мере, там было относительно сухо. Хотя в кармане у меня лежал мини-фонарик, я не осмелилась зажигать его снаружи, чтобы не привлекать внимания. К моему везению, недавняя заправка мозгами изрядно обострила зрение, и я заметила неровность в полу у самого края трейлера.

Представление Джадда об эвакуационном люке не отличалось изысканностью — обычная квадратная дыра два на два фута, прикрытая куском фанеры и ковриком. Мне не составило труда отодвинуть их в сторону, чтобы просочиться внутрь трейлера, после чего я потратила минуту на то, чтобы стряхнуть с себя пауков и прочую гадость. Фу. Бывала я и в местах померзее, но это не значит, что мне должно это нравиться.

В этой комнате не было ни кровати, ни комода. Старая почта и разнообразный хлам усеивали пол, который отродясь не знал нежного поцелуя пылесоса. В одном углу притаился тяжелый оружейный сейф, а рядом на вешалке висел матово-черный арбалет, выглядевший как плод запретной любви штурмовой винтовки и длинного лука Сатаны. Верстак, заваленный оборудованием для снаряжения патронов и приспособлениями для оперения стрел, занимал всю заднюю стену, а на противоположной красовался огромный портрет Медведя в камуфляже и с топором наперевес в окружении плакатов с голыми бабами и пушками. М-да. Вот уж у кого-то кумир так кумир. Тошнота.

Я провела быстрый обыск комнаты и обнаружила внушительную коллекцию порнухи, но ни орудий убийства, ни окровавленной одежды. Оружейный сейф словно издевался надо мной. Это было самое логичное место, чтобы спрятать улики, но его массивный замок надежно защищал содержимое от любого, у кого не было комбинации цифр или приличного заряда взрывчатки. Взрывчатки у меня не водилось, зато имелся опыт. За последние полтора года я навидалась мест преступлений и прекрасно знала, что очень многие люди не доверяют собственной памяти. Меньше чем за две минуты я нащупала кусочек малярного скотча на обратной стороне верстака, и еще через тридцать секунд с триумфом распахнула сейф.

— Ну и облом. — С триумфом можно было завязывать. Сейф был под завязку набит стволами самых разных калибров и видов, но никакого мачете, никакой крови, никаких ключей от машины или чего-то еще, что могло бы принадлежать убитому продюсеру Сигеру. Раздраженная, я захлопнула дверцу сейфа и заперла его. Свободного места там вообще не оставалось, так что, может, он спрятал барахло где-то еще?

Я двинулась дальше по трейлеру, обыскивая его так быстро и аккуратно, как только могла. Во второй спальне стояли кровать и комод Джадда, а также высилась метровая куча грязного белья, в которой мне пришлось заставить себя покопаться. Я даже легла на пол и заглянула под кровать, обнаружив там лишь коллекцию окаменевших от спермы носков и пару фунтов шмали.

Кухня оказалась на удивление чистой, и тут я сообразила, что нигде в этом бардаке мне не попалась грязная посуда или остатки еды. Это объясняло, почему я не встретила ни одного таракана. Ладно, Джадд, конечно, был свиньей, но какие-то стандарты у него всё же имелись. Приятно знать. Я добросовестно проверила шкафчики и не нашла ровным счетом ничего интересного, после чего перебралась в последнюю комнату — относительно опрятную гостиную. Но и здесь меня ждало полное разочарование: под диваном не нашлось ничего, кроме гигантских клубьев пыли, а между подушками обнаружились лишь высохшие палочки «Читос».

Черт! Мои надежды провернуть всё быстро и красиво пошли прахом. Провал здесь означал, что мне придется проверять хату Коя, а до неё пилить как минимум минут пятнадцать. И всё же — либо так, либо бросать поиски, а сдаваться я не собиралась. Не тогда, когда оставался хоть малейший шанс, что Рэнди во всё это влип, или что на свет божий может всплыть улика по делу об убийстве.

Сгорая от раздражения, я уже развернулась, чтобы уйти, но замерла — мой взгляд упал на маленький столик в углу. На нем стоял древний компьютер. Сколько я знала Джадда, он им, по-моему, ни разу не пользовался. Вероятно, потому, что купил этот хлам по дешевке с рук, а уже потом обнаружил, что деталь, нужная для подключения к интернету, сломана. Он божился, что починит его, но это было как минимум четыре года назад. Ничего удивительного, ведь в компьютерах Джадд соображал еще меньше меня, что само по себе говорило о многом. Во время обыска я даже не подумала проверять этот кусок железа, так как он совсем не казался подходящим местом для сокрытия улик убийства, но сейчас сквозь слой пыли на передней панели системного блока отчетливо подмигивал красный огонек.