По наитию моя рука тянется к его бедру, пальцы выводят успокаивающие узоры по джинсовой ткани. Я не думаю, что это действительно его утешит, но это…

— В колледже у меня была девушка.

Моя рука замирает. Я совсем этого не ожидала. При чем здесь его брат?

Тошнотворное чувство оседает внизу живота, я задерживаю дыхание, пока он продолжает, наконец приоткрывая прошлое, о котором я не думала, что когда-нибудь узнаю.

— Сейчас я понимаю, что мы были совсем не парой, даже близко, но тогда у нас вроде бы все шло нормально. Она поддерживала мою футбольную карьеру, но — это прозвучит ужасно — только потому, что уже видела себя трофейной женой или типа того. Я говорю это лишь потому, что она бросила меня в ту же секунду, как травма вывела меня из игры. — Пауза. — Ну, по крайней мере, в своей голове она меня бросила.

— О, Джеймс. — Я узнаю эту боль, когда тот, кто, как ты думала, всегда будет рядом, уходит. Лучше многих. — Мне очень жаль.

Его пальцы на моем плече спускаются ниже, к локтю, и он притягивает меня ближе.

— Не надо. Она никогда мне не подходила. Ее не было рядом, когда у меня в голове творился кошмар. Поэтому я ушел в алкоголь и потерял контроль, пока отец не вмешался.

— Я рада, что он это сделал, — тихо говорю я, находя его пальцы. Он сжимает их. — Я знаю, что алкоголизм делает с человеком. Ты сильный, Джеймс, раз смог выбраться из этого. Это непросто, и я правда горжусь тобой.

— Тебя это не смущает? — спрашивает он, его кадык дергается, когда он сглатывает. — После того, что случилось с твоей мамой.

— Ты серьезно спрашиваешь, смущает ли меня то, что произошло в твоем прошлом десять лет назад? То, что не имеет ко мне никакого отношения и из чего ты явно вышел?

Его тяжелого молчания мне достаточно в качестве ответа. Меня убивает мысль, что он из-за этого переживает, поэтому я говорю правду:

— Нет, Джеймс, меня это не смущает. Ни капли. Я просто рада, что ты послушал отца и остановился, прежде чем стало хуже. Для этого нужна сила, и я не просто так сказала, что горжусь тобой. У всех у нас есть прошлое; важно то, что мы делаем выводы и становимся лучше.

— Спасибо. — Он целует меня в макушку, но не задерживается. Больше ничего не добавляет, но я знаю — он еще не закончил.

Официантка возвращается с тарелкой острых крылышек и начос на двоих, а он так и не притрагивается к еде. Джеймс просто молча держит меня, пока вокруг гремит шум переполненного бара.

— Эй. — Я аккуратно выбираюсь из-под его руки, ровно настолько, чтобы взять его лицо в ладони и подарить ему мягкую, поддерживающую улыбку, которая сейчас ему так нужна. — Все хорошо. Ты не обязан рассказывать, если не хочешь. Мне было просто любопытно, но я пойму, если ты не готов говорить об этом. Я никуда не уйду.

Он сглатывает; в этих красивых голубых глазах появляется испуг, которого я раньше не видела.

— Пообещай?

От того, что он вообще может подумать, будто я захочу уйти, мое сердце разлетается на куски.

— Обещаю.

Этого толчка ему хватает. С еще одним вздохом его стены рушатся вокруг нас.

— Мы все еще были вместе, когда я нашел свою бывшую в постели моего брата.

У меня внутри все обрывается от тяжелого чувства предательства, которое даже не мое.

— Что?

— Мой брат играл в бейсбол в колледже, так что, думаю, она просто перешла от одного спортсмена к другому.

Не называй ее стервой. Не называй. Ты лучше этого.

— У меня, конечно, все еще были к ней чувства, и моя жизнь превратилась в ад. Сейчас я понимаю, что тогда я был не самым внимательным парнем, но она могла просто все закончить. Измена — не выход.

— Мой брат знал, что мне плохо, но ему было плевать. Когда я вернулся домой, он игнорировал мое психическое и физическое состояние, говорил, что я ною как сопляк и сам виноват, потому что у меня мания величия и мне надо было доказать, что я лучший. Мы никогда не были близки в детстве, но это стало последней каплей.

Мое сердце разрывается за него. Мне хочется найти этих двоих ублюдков и… что-нибудь сделать. Злость кипит внизу живота, хотя я понимаю, что это бессмысленно — прошлое не изменить. И, как бы эгоистично это ни звучало, я не уверена, что хотела бы. Наши прошлые раны — обе — привели нас сюда. Друг к другу.

— Можно спросить, они до сих пор вместе? — Я тут же добавляю: — Ты не обязан отвечать. Мы можем перестать говорить об этом.

— Я не общаюсь с братом, хотя он уже какое-то время пишет мне, но родители иногда рассказывают новости. Насколько я знаю, он работал в каком-то маркетинговом агентстве в центре, но это было много лет назад. Они были вместе и жили в Норкасле. — Он проводит рукой по волосам, потом смотрит мне в глаза; в них вспыхивает решимость — не боль. — Но я хочу об этом поговорить, Мэдди. Мне нужно это сделать, потому что я устал позволять прошлому связывать мне руки за спиной. Я не хочу, чтобы обида и боль управляли мной.

Я сжимаю его руку, надеясь без слов передать, как я им горжусь. Но на всякий случай говорю: