Даже посреди смертельной опасности в стенах цитадели Эда чувствовала себя окрылённой — ведь она снова видела братьев живыми! Знала, что действительно вырвала их из лап палачей. Но теперь тот же самый удушливый, раздавливающий ужас навалился на неё с новой силой — точно так же, как в ту секунду, когда зубы твари сомкнулись на голени Лори. Неужели так будет всегда? Каждая выстраданная победа будет оборачиваться новым, ещё более кошмарным капканом? Она готова была безропотно принять собственную смерть, лишь бы знать, что её братья целы и невредимы. Но если Лори… если он…

— Это моя вина, — прошептала она, глядя в мутную темноту реки невидящим взором. — Мне следовало с самого начала вывести епископа на чистую воду, доказать, что мы невиновны. Освободить вас по закону! Но я так боялась, что ничего не выйдет, боялась упустить время… Я просто… я просто хотела спасти вас от петли, а теперь Лори…

— Тебе не за что просить прощения.

Голос Кита прозвучал совершенно неожиданно. Эда резко обернулась и наткнулась на его хмурый, потемневший взгляд:

— Ты и без того принесла слишком много жертв ради чужих жизней. Не смей взваливать на свои плечи ещё и это чувство вины.

Бен мгновенно окаменел:

— Ты смеешь рассуждать о её жертвах? Что именно она отдала тебе за твою помощь?! Сколько лет?!

— Бен, не надо…

— Отвечай мне! Сию же секунду! — Он яростно шагнул к ней: — Ты заключила с ним Пакт! Не вздумай отпираться! С какой ещё стати демону помогать тебе?!

Эда сжалась под тяжёлым прессом его гнева и разочарования — как сжималась всегда. Но она только что едва не потеряла его навсегда! Она не собиралась каяться за сделку с Китом. Спасение семьи стоило любой цены.

— Я поступила так, как была обязана поступить. И случись всё снова — поступила бы точно так же!

Бен шумно, со свистом выдохнул сквозь стиснутые зубы:

— Сколько лет, Эда?!

Горло перехватило спазмом. Обжигающий стыд и первобытный страх вышибли из глаз злые слёзы.

Кит ответил за неё:

— Пятьдесят.

У Бена от шока отвисла челюсть. Он переводил ошарашенный взгляд с одного на другого; его ореховые глаза заблестели от слёз ничуть не меньше, чем у сестры:

— Пятьдесят?.. Блять. Блять, Эда…

— Мне нужна была помощь, — прошептала она, едва сдерживая дрожь в голосе. — Я не знала, как ещё спасти вас. И я ни о чём не жалею.

— А следовало бы, чёрт тебя дери! — Его щёки налились багровой яростью, но Эда видела стоящее за ней слепое отчаяние. Он был в панике. Его сердце разрывалось на куски. Впрочем, от этого выдерживать обрушившийся на неё гнев было ничуть не легче. — Ты всерьёз думаешь, будто хоть один из нас желал, чтобы ты расплачивалась за наши жизни собственной?! Всё, чего ты добилась, — это собственноручно накинула петлю себе на шею, безмозглая ты девка!

— Разве ты не поступил бы точно так же ради меня?!

— Дело совершенно не в этом!

— Именно в этом! Да, это безрассудно, глупо и чудовищно, но это любовь! Я люблю тебя, Бен. Я люблю Лори. Как бы я смогла жить дальше, зная, что у меня был шанс спасти вас, а я даже не попыталась?!

— А как, по-твоему, нам с Лори прикажешь жить дальше, когда тебя не станет?! Ты об этом подумала?! Ты моя младшая сестра! Ты не должна подыхать раньше меня! Я не должен стоять над твоей проклятой святыми могилой… — Голос его надломился. Захлёбываясь бешенством, он резко развернулся к Киту: — Верни ей годы. Немедленно.

— Даже если бы я пожелал этого, я не в силах.

— Придумай как! Сию же секунду!

— Бен, прекрати…

— Я не могу, — отчеканил Кит, медленно выпрямляясь во весь рост. — Если на свете и существует способ вернуть то, что было отдано по доброй воле, мне он неведом.

— Вот как? Зато мне ведом! — Бен с бешеным оскалом схватил брошенный меч, прислонённый к переборке каюты.

— Бен, нет!

Он грубо отпихнул сестру назад и вскинул остриё клинка прямо в грудь Киту:

— Она получит своё время назад, стоит мне снести твою поганую башку!

— Нет. Это должна сделать сама Эда. — Воздух вокруг демона подёрнулся зыбким маревом, точно мираж в раскалённой пустыне, явив его подлинный облик: пепельно-серая кожа, обломанный рог, хищно хлещущий хвост. Раненая рука ни на гран не умаляла исходящей от него давящей, необоримой мощи: — Но ты, впрочем, дерзай. Попробуй на зубок.

Бен с утробным рёвом ринулся вперёд.

— Прекратите!

Кит с ленивой грацией ушёл с траектории выпада. Бен развернулся следом, с искажённым от слепой ненависти лицом.

Робин испуганно высунулась из-за приоткрытой двери:

— А ну убрали это дерьмовое петушиное побоище с моей баржи! Живо!

Бен рубил сплеча, слишком ослеплённый бешенством, чтобы действовать расчётливо, но достаточно тяжело, чтобы вынудить противника отступать. Демон попросту играл с ним. Сколь бы слаб и изранен ни был Кит, пожелай он пустить Бену кровь на самом деле — ему стоило лишь щёлкнуть пальцами.