На каждом этаже располагалось по две массивные двери — входы в частные квартиры с изящными чёрными коваными молотками. Эда проигнорировала их и продолжила подъём. Ей уже начало казаться, что она проскользнет незамеченной, но едва она ступила на третий этаж, как одна из дверей со скрипом распахнулась.

На пороге замерла пожилая дама в пышном атласном платье. Эда тоже вросла ногами в ковёр.

Несколько секунд они молча пялились друг на друга.

— Ты ещё кто такая?

Барышня явно купалась в деньгах: её зелёный китовый корсет был искусно расшит серебряной нитью, а белоснежный кружевной воротник хрустел от крахмала. Эда с мучительным стыдом осознала, как жалко выглядят её кое-как заплетённая коса и помятый плащ. В том, что перед ними девка из низов, не было ни малейшего сомнения. Но к этому она подготовилась заранее:

— Простите, сударыня, что напугала. Я пришла наниматься в горничные к хозяину верхнего этажа — уже ухожу. — Для простолюдинов было в порядке вещей извиняться за одно лишь своё существование рядом с такими господами.

Дама презрительно сузила глаза:

— Наверх? На верхнем этаже живёт только мистер Кит, и он сроду не держал прислуги.

Мистер Кит. Демон? На самом верху располагались лишь одни роскошные апартаменты.

— Боюсь, мне мало что известно о хозяине. Велели явиться по этому адресу.

Старуха недовольно фыркнула:

— От меня толку не жди, девка. Я этого мужчину в глаза почти не вижу. С его котом я знакома куда ближе, ежели с ним самим!

С этими словами она захлопнула дверь и зашагала вниз по лестнице. Шлейф её платья роскошной атласной рекой волочился следом. Напоследок она одарила Эду ещё одним подозрительным взглядом и скрылась из виду.

Эда неуверенно продолжила путь. Кошка. Она попыталась представить себе мистера Ночу, держащего дома какого-нибудь бродячего полосатого котяшку, и чуть не фыркнула в голос. Сама мысль отыскать здесь настоящего демона с каждой секундой казалась всё более нелепой.

Наверху обнаружилась всего одна дверь. С виду — точь-в-точь как все остальные. Эда толком не понимала, на что именно надеялась: на хоть какой-то знак, малейшую улику, выдающую присутствие обитателя иного мира за этими стенами. Но без личного разговора ей вряд ли удалось бы узнать правду. Словно визитёр, заглянувший на чашку чаю.

Неведомо как в ней нашлась решимость постучать.

Эда замерла в ожидании. Ни звука.

Она прикусила губу. Постучала снова — настойчивей.

По-прежнему тишина. Куда на дне земном демон может отлучаться среди бела дня? По магазинам? На променад вдоль речки? Мистер Ночь плевать хотел на столь ничтожные людские привычки, но этот демон прятался здесь по собственной воле. Быть может, они не все на одно лицо?

Эда убеждала себя, что после общения с мистером Ночью она готова к встрече с любым исчадием. Сейчас же этой уверенности не осталось и следа. Если Северин Лич прав, и Иной мир так же материален и сложен, как их собственный, разве демоны не должны отличаться друг от друга не меньше людей? Быть столь же непредсказуемыми?

— Мистер Кит? — Голос прозвучал тонко и тревожно. «Вдруг он не слышит?» Эда вцепилась в дверную ручку и крутанула её, подсознательно ожидая отпора, — но та подалась с сухим щелчком.

Дверь распахнулась настежь. — Есть кто дома?

Внутри обнаружился короткий темный коридор. Эда на ватных ногах переступила порог и шагнула в богато обставленную гостиную.

Шторы были задернуты наполовину, полосы молочного дневного света косыми пластами лежали на узорчатом ковре. Пылинки кружились над спинкой массивного бархатного шезлонга, заваленного пуховыми подушками. Все бревенчатые стены увесили картины, повсюду валялись пустые кубки. В углу мраморная статуя полуобнаженной женщины держала в распростёртых пальцах мертвые цветы — кто-то явно засунул их туда ради дурацкой шутки.

Это жилище не уступало по забитости даже самым дальним углам лавки Шоу. Но здесь отчетливо чувствовалось жилое присутствие.

Никого. Разочарованная Эда повернулась к выходу.

Дверь с грохотом захлопнулась.

Она подпрыгнула. Сердце ухнуло куда-то в пятки и пустилось вскачь. Девушка бросилась к выходу, рванула ручку, но та не поддавалась.

Изумление переросло в панический ужас. Святые заступники, что это?!

— Выпустите меня, — потребовала Эда — сначала твердо, а затем с нарастающим отчаянием. — Я сказала, выпустите! Выпусти… — Она осеклась.

Волоски на затылке встали дыбом.

Кто-то стоял прямо за её спиной.

Каждый инстинкт кричал о необходимости обернуться. Она напрягла слух, пытаясь уловить шаги, дыхание… но слыла лишь дробь мелкого дождя по оконным стеклам.

Смелей, Эда.

Она повернулась.

Посреди гостиной сидел черный кот. Он сверлил её яркими оранжевыми глазами, а хвост кольцом обвивал лапы.

Эда облегченно расхохоталась в голос:

— Тьфу ты, киса. — Она прижала руку к груди. — Напугал же.