— Благородные демоны, делящие с вами Врата… Почему они до сих пор не принудили мистера Ночи вернуть их? Если эрцгерцогов пятеро, то наверняка…

— Мне неведомы все тонкости. Знаю лишь одно: по какой-то причине герцоги не решаются выступить против него. Должно быть, тот ещё зверюга. — Он оскалил зубы в улыбке, блеснув золотой коронкой. — Они не станут с лёгким сердцем заключать сделку, рискуя пересечься с его интересами. Демоны — те ещё сплетники. Если аристократы Иного мира ещё не пронюхали о последних подвигах мистера Ночи, то скоро узнают.

— Но кто-то из них наверняка согласится. Должен же быть… — Она осеклась.

Словно распахнутое во мраке окно, среди безысходного отчаяния забрезжила дикая, безумная возможность.

Если мистер Ночь и впрямь столь могущественен и внушает трепет собственному роду, с какой стати какому-то безымянному демону здесь, в Блэкбридже, волновать его? Настолько, что он готов сулить Фейну щедрую мзду за его убийство. Неужели он и впрямь чувствует угрозу?

Эда уставилась на стеклянные глаза медвежьей шкуры у своих ног. Демон, умудрившийся успешно водить мистера Ночь за нос. Демон, чьё существование настолько тревожит его, что он жаждет его смерти. Демон, прячущийся здесь, в Блэкбридже, и понятия не имеющий о недавних махинациях мистера Ночи.

Демон, которому абсолютно не с руки отказывать ей.

Эда подняла взгляд на Лича. Быть может, Фейн и собирался искать помощи криминального авторитета в этой охоте… но она опередила епископа.

— Если вы всё ещё готовы помочь, мистер Лич, я знаю способ, как вам это сделать.

Глава 8

— И это всё?

Хиллок за её спиной тяжело кашлянул:

— То самое место.

Эда настороженно окинула взглядом ряд элитных особняков на противоположной стороне улицы. Дома сплошь были каменными, под сланцевыми крышами, с узорчатыми решётками на высоких окнах. На фоне дряхлой штукатурки и покосившихся деревянных срубов заурядных кварталов они выглядели ослепительно роскошно.

Каннингтон слыл одним из богатейших приходов Блэкбриджа. Здесь, на Харекорт-роуд, улицы были широкими и мощёными, с аккуратными тротуарами, где можно было не опасаться громыхающих телег. Доходные дома как раз выходили фасадами на такой проспект. Берега протоки напротив обсадили молодые грабы. Вода в протоке по-прежнему смердела, но в окружении столь безупречного порядка этот смрад казался словно бы менее вопиющим.

Эда чувствовала себя здесь так далеко от Кроугейта, будто очутилась на другом краю света.

Она редко забиралась так далеко в Верхний город — впрочем, не по недостатку желания. В детстве она часто фантазировала о том, как затеряется среди накрахмаленных воротников и дорогого каменного кружева — хотя бы для того, чтобы вообразить, будто она принадлежит этому миру и живёт какой-то совершенно иной жизнью. На деле же всё оказалось не менее элегантно. И всё же, очутившись здесь, Эда не испытывала благоговейного трепета — лишь тупое, глухое раздражение. Столько лет грезить о новых берегах, и вот первая её осознанная вылазка в большой мир совершается лишь ради того, чтобы продать свою проклятую душу.

Да сгореть бы этой улице синим пламенем, вместе со всеми её обитателями.

— Не верится, что демон станет жить в таком месте, прямо под носом у самых влиятельных людей Блэкбриджа, — произнесла она вполголоса. — Это слишком… нагло.

Хиллок хмыкнул:

— Может, в том и задумка, мисс.

Накрапывал дождь — мелкая, навязчивая морось, больше похожая на туман, чем на воду. Эда с радостью откинула бы капюшон, укрывшись под золотистой кроной граба, но не смела. Ей и так казалось, что на улице она выставлена голой перед всем светом, будто на ней надето платье из паутины. Клинки всё ещё рыщуй по городу в её поиски. Обладай она хоть каплей инстинкта самосохранения, она бы уже сидела на речной барже, уплывающей прочь из Блэкбриджа.

Но спасать собственную шкуру она сюда не приходила.

«Ходят слухи, — поведал ей тем утром Северин Лич, после того как позволил ей пару часов тревожно подремать в кресле своего кабинета, — будто он связан с самим Верховным губернатором Вольфрамом. До сих пор многие гадают, как тот умудрился выиграть выборы у кучи куда более весомых фигур. Почти двадцать лет он представляет этот город в Конклаве. Дольше любого предшественника. Злые языки шушукаются, будто удержаться на плаву ему помог некий демон».

Лич лично не был знаком с демоном, которого разыскивал мистер Ночь, зато имел глаза и уши в каждом уголке Блэкбриджа. Информация, как-никак, стоила ровно столько, сколько за неё давали. Квартиру на Харекорт-роуд верховный губернатор приобрёл ровно двадцать лет назад — аккурат в пору своего восхождения к власти. Лич рассчитывал откопать в этом тайнике хоть какой-нибудь компромат. Быть может, роскошную любовницу, которую держат в секрете от зевак. Но губернатор не наведывался туда ни разу за все годы.

Криминальный авторитет подозревал куда более дьявольскую связь.