— Я не знаю, чего мне сейчас бояться: ужаса или возбуждения. Думаю, и того, и другого. — Мера зарычала, и вампир-жаждущий-смерти-рассмеялся. — Успокойся, беременная. Я бы никогда не назвал Симону домашней собакой. Она великолепная, сильная, забавная и страстная оборотень. Просто она не для меня. А теперь оставь это в покое.

С раздраженным выражением лица Мера вздохнула и, на этот раз, не стала испытывать судьбу. Она просто устроилась на своей паре, словно он был удобным диваном, несмотря на то, что в Тени не было ничего мягкого. Зверь протянул руки и положил их ей на живот, почти по всей его ширине. Когда он начал массировать распухшее место, глаза Меры закрылись, и на этот раз ее стон был не от раздражения.

Наклонившись вперед, я нежно погладила ее по щеке, и когда ее карие глаза оказались на уровне моих, я сказала:

— Прекрати, иначе Тень тебя унесет. А времени на это пока нет. Мне нужно знать, какой план у нас на Пустынные Земли.

Она надула губы, глядя на меня.

— Ах, ты совсем не весёлая, Ангельское личико.

В груди сжалось, тепло разлилось по всему телу. Ее прозвища значили для меня больше, чем я когда-либо ей скажу. Мера превратила меня в сентиментального человека, и после стольких лет подавления моих нежных эмоций, сейчас было странным ощущением принять их.

— Риз проложил нам путь на встречу династий, — сказал Тень, переходя к делу, и все замолчали, слушая. — Это было одним из моих требований, если Мера хотела участвовать в этих слушаниях. Я не хочу сражаться с династиями, а также со всем тем, что нас там ждет. Обычно такие встречи предназначены только для жителей Пустыни, но Риз, будучи тем, кто он есть, получил специальное разрешение, сославшись на то, что это не одно из обычных, санкционированных собраний и, следовательно, не подпадает под те же правила.

— Значит, мы уходим послезавтра? — спросила Мера, повторяя слова Галлели, сказанные ранее.

Тень кивнул.

— Таков план, но мы ничего не можем сделать, пока Риз не вернется. Лучше быть готовыми на всякий случай. — Его руки замедлили движение, поглаживая ее живот.

Мера с трудом поднялась, оторвавшись от его груди, к которой она прижималась.

— Сначала мне нужно навестить Симону и Сэм. Ты же знаешь, я навещаю их каждые несколько недель. Я не могу исчезнуть в пустыне на неизвестно сколько времени и не рассказать им, что происходит.

Лен грациозно вскочил на ноги, его серебристые глаза засияли.

— Точно! Я чуть не забыл. Я сделал тебе новые бумаги для общения. Подожди здесь.

Он исчез как раз в тот момент, когда Мера печально улыбнулась, глядя на свой округлившийся живот.

— Не волнуйся, я никуда не спешу.

Руки Тени скользнули с её живота на грудь, затем остановившись на шее и лице, обхватив её сзади. Зрачки Меры расширились, потому что, без сомнения, это положение напомнило ей о множестве способов, которыми Тень доводил её до кричащих оргазмов. Мы все это слышали. Мы все завидовали этому. Их сексуальная химия и любовь к вуайеризму стали труднее переноситься после моего перерождения, потому что по мере того, как робот исчезал, желания и потребности моего тела начали давать о себе знать всё сильнее.

В глубине души тлел уголек, и впервые за… ну, за всю свою жизнь, я была готова познать и поэкспериментировать со своей собственной сексуальностью.

Мои бурные мысли прервал Тень.

— Если тебе нужно быстро двигаться, — прошептал он Мере на ухо, — я понесу тебя. Тебя и нашего малыша.

То, как он произнес «наш малыш» своим низким, ворчливым акцентом, даже заставило меня захотеть обмахнуться веером.

— И я отнесу тебя на Землю, чтобы ты проверила своих подруг, прежде чем мы уйдем, — закончил он. — Особенно Сэм, ведь я знаю, что ты больше всего за неё волнуешься.

Мера тяжело сглотнула, и ее голос, что неудивительно, был хриплым.

— Да, потому что, несмотря на ее заверения, что с ней все в порядке и стая больше не причиняет ей вреда, я чувствую, что она многое мне не рассказывает.

Я несколько раз ходила с Мерой проведать Сэм, и всякий раз, когда мы добирались до земель её стаи — стаи, из которой она годами пыталась сбежать, а потом вернулась, — всё казалось идеальным. По крайней мере, внешне. У Сэм был хороший дом, город был чистым, а оборотни выглядели сильными и здоровыми. Но в её стае было что-то скрытое. Ощущение тьмы, таящейся под светом.

Мера изо всех сил старалась убедить Сэм, что бы ни произошло, она может помочь, но подруга настаивала на том, что на этот раз она сама разберётся со своим дерьмовым положением и всё будет в хорошо.

— На этот раз не объявляйте о своем прибытии, — сказала я. — Может, застанете их врасплох.