— Их мир — это смесь песков, — тихо сказал Люсьен, посмеиваясь. — Риз родом из Рохами, с его красными песками. Он контролирует их так, как никто другой в своем мире. Остальные династии происходят из разных оттенков золота, коричневого, оранжевого и так далее, за исключением Дельфоры, земли самой темной ночи.

Будучи другом Риза, Люсьен много раз бывал в пустынях, но, как правило, они не были открыты для свободного перемещения посторонним.

— Итак, эта Дельфора — священная земля, — сказала Мера. — Что это значит на самом деле?

Я подождала немного, чтобы посмотреть, ответит ли кто-нибудь, но, когда никто не ответил, я заговорила. Было важно, чтобы все поняли, во что мы ввязываемся.

— Там покоятся древние — боги прошлого, которых упокоили, чтобы остановить их разрушительный путь, который уничтожил бы миры. В Дельфоре установлено множество мер безопасности, чтобы не допустить их восстания, и по этой причине никто не ступает на их пески.

— Я думала, Риз — бог, — сказала Мера, нахмурив брови. — Ты хочешь сказать, что есть боги более древние и могущественные, чем он?

— Настоящий мастер слова, — усмехнулся Лен. Как раз в тот момент, когда беременная и охваченная гормональными перепадами богиня протянула руку, чтобы ударить его, он поспешно добавил: — И никто толком не знает, почему Риз могущественнее всех остальных в пустынях. По какой-то причине у него есть связь с древними, а значит, и контроль над всеми песками. Риз — сильнейший из своей династии. Он бы стал их лидером, если бы захотел.

— Чего он категорически не хочет, — протянул Люсьен, покачав головой. — С тех пор как он потерял брата, Риз выбрал кочевой образ жизни.

Мера тихо вздохнула, в её голосе звучала печаль.

— Он носит свои потери как щит, не позволяя другим приблизиться к нему.

В тот день в Дельфоре, когда я потеряла сестру, его брат, Ретт, также получил ранение в бою. В бою, который, по мнению Риза, я могла бы предотвратить.

Неудивительно, что Риз по-прежнему меня ненавидел, но, несмотря на это, я оставалась ему верна. Лен говорил, что никто не знает, почему Риза считают богом, но это было не совсем правдой. Двое из нас знали.

Это была тайна, которую я унесу с собой в могилу.

Глава 4

К тому времени, как парни закончили рассказывать Мере о политике земель Риза, Тень вернулся, и мы все последовали за ним в столовую. Риза ещё не было, и я даже не стала обращать внимания на отсутствие радости, которое испытывала, увидев его пустое место. Теперь я каждой клеточкой ощущала его присутствие.

На протяжении веков я была роботом, подавляя всю свою боль и потери, притворяясь, что мне все равно, но правда заключалась в том, что мне было не все равно, и так будет всегда.

Когда мы вошли в ярко освещенную комнату, я заметила, как взгляд Тени следил за преувеличенно покачивающимися бедрами Меры. Она еще не ковыляла, но была чертовски близка к этому. В его глазах горел огонь, огонь, направленный только на его пару, и я сдержала улыбку, когда он поспешил посадить ее к себе на колени, прежде чем она успела сесть.

Как только их тела соприкоснулись, его напряжение спало, и он наклонился к ней, чтобы сделать глубокий вдох. Ему явно был нужен этот момент после разлуки с ней в царстве.

— Не обращайте на нас внимания, — сухо заметил Люсьен, садясь на один из стульев напротив влюбленной пары. Лен занял соседний стул, Галлели — еще один с той же стороны, а я оказалась рядом с этой любвеобильной парочкой на своем обычном месте. — Мы просто будем здесь, — продолжил вампир, — ревнивые ублюдки, тайно любящие и ненавидящие твое счастье.

Взгляд Меры, когда она наконец оторвала взгляд от Тени, был полон тепла и сочувствия.

— Знаешь, ты мог бы еще рассказать мне, что, черт возьми, случилось с Симоной, и, может быть, вместе мы придумаем, как все исправить.

Вся игривость, таившаяся на лице вампира, испарилась, превратившись в пустую страницу скрытых мыслей.

— Здесь не о чем говорить, — сухо произнес он. — Мы могли бы с таким же успехом обсудить возможность отношений между человеком и собакой. Этого не произойдет, сколько бы вы ни искали это на своих сайтах с человеческой порнографией.

Мера сморщила нос и несколько раз покачала головой, словно пытаясь избавиться от этих воспоминаний.

— Во-первых, какого черта, Люсьен? Что за порно ты смотришь? — Она вздрогнула. — А во-вторых, тебе лучше не называть Симону собакой в ​​этой ситуации, потому что ты знаешь, что я тебя выпотрошу. Я тебя люблю, конечно, но она — моя лучшая подруга на всю жизнь. — Эта девушка готова на все ради своих лучших подруг.

Тень поерзал на стуле, выпрямившись, чтобы выровнять Меру и свое тело в одну линию с Люсьеном, и, думаю, именно в этот момент вампир понял, что попал в беду. Не то чтобы Мере нужен был зверь-охранник — она и сама справится, без проблем, — но столкнуться с ними двумя одновременно было не для слабонервных.

Люсьен поднял обе руки, на его губах играла едва заметная улыбка.