В половине четвёртого над дверью «Городской таксидермии» звякнул колокольчик.

Из двери за прилавком вышел Майк Лунде, сдвинув очки для чтения на лоб.

— Детектив Оз, — сказал он, вытирая руки о грубый синий фартук.

— Лунде.

Боб огляделся. Если не считать животных, здесь было так же пусто, как в прошлый раз.

— Чем могу помочь?

Боб улыбнулся и похлопал белохвостого оленя.

— Хотел спросить, можно мне сегодня у вас немного посидеть?

Лунде посмотрел на него с лёгким удивлением.

— Других зацепок по Гомесу у нас нет, — объяснил Боб. — Это единственное место, где можно ждать его появления.

— Оставайтесь, буду рад, — сказал Лунде. — Только я бы особо не надеялся. Мы с Томасом не договаривались на определённое время.

— Знаю.

— Тогда ладно. Кофе?

Боб прошёл за Лунде в дверь за прилавком и оказался, судя по всему, в мастерской. Просторная комната с несколькими верстаками и инструментами на стенах. Запах — наверное, клея — напоминал что-то из детства, навевал мысли о Рождестве и сладостях, только был чуть резче. Чтобы освободить Бобу место, Лунде переставил четыре желтовато-белые фигуры, будто вырезанные из пенопласта. Одна напоминала оленя, остальные — зверей помельче, возможно, рысей или волков.

— Что это?

— Мы называем их манекенами, — сказал Лунде, наливая кофе из покрытого пятнами кофейника. — Заказываем, и они приходят уже в таком виде.

— Так это жульничество.

Лунде засмеялся и протянул Бобу кружку с надписью «Национальная ассоциация таксидермистов».

— Кое-где ещё надо подточить, там, где я поставил крестики. Но да, времена, когда мы использовали формалин и мягкие ткани животного, прошли. Теперь только шкура и рога. Ну и зубы, если заказчик пожелает.

Лунде подошёл к оленьей голове с шеей, закреплённой на подставке. Шкуру вокруг носа и глазниц усеивали точки, похожие на уколы иглы. Он вдавил в одну из глазниц небольшой комок глины, выдвинул ящичек в пластиковом контейнере и достал два глаза.

— Пластмасса?

— Стекло. Эти сделаны на заказ. К глазам я особенно придирчив. По мнению некоторых поставщиков — чересчур.

Лунде вдавил глаз в глину. Присмотрелся, чуть повернул.

— У оленя продолговатые зрачки, их надо располагать горизонтально.

— Почему?

— Чтобы одним взглядом охватывать весь горизонт. Ведь они — добыча.

— Высматривают хищников?

— Именно.

Вставив оба глаза, добавив вокруг них глины и придав ей нужную форму, Лунде сел на один из верстаков, взял шкуру и показал Бобу дырку.

— Пулевое отверстие.

С изнанки он немного расширил его, потом принялся зашивать. Кончик нитки опалил зажигалкой.

— Тихо у вас, — сказал Боб.

— Да.

Лунде подошёл к оленьему манекену, смазал клеем глину вокруг глаз и натянул шкуру на голову, как свитер.

— Пока больше на осла похож, — сказал он, приподнимая обвисшие уши. — Но с этим разберёмся потом.

— И сколько времени уходит, чтобы, э-э… сделать животное?

— По-разному. От недели до полугода. С такой головой работы куда меньше, чем с животным целиком. Многие операции требуют времени. Снять шкуру, засолить, высушить. А потом надо найти нужное выражение.

Он взял со стола скальпель и принялся подрезать и подворачивать белую кожу вокруг глаз.

— Вот этому, например, надо придать вид спокойной силы. Так называемый альфа-самец.

— Вот как?

— Таким заказчик его запомнил, когда застрелил, — такое чучело и заказал.

— Охотник хочет запечатлеть миг торжества над зверем, который считал себя хозяином положения, — сказал Боб.

— Очень поэтично. И в данном случае очень точно.

— И вы можете это сделать? Придать зверю такое выражение, чтобы оно выглядело подлинным?

— Ну, — сказал Лунде, — подлинное ли оно, я, конечно, не знаю. Что чувствует животное? Приходится пользоваться воображением, и в итоге я наверняка придаю ему более или менее человеческий облик. Во всяком случае, главное — посмотреть глазами заказчика. Показать то, что он хочет увидеть.

— А если вам не нравится то, что он хочет увидеть?

Лунде пожал плечами.

— Я парикмахер. Причёску выбирает клиент. Но в определённых пределах у меня есть свобода сделать нечто такое, что превзойдёт его ожидания. Его удовольствие — и моё тоже.

Лунде поднял голову. Над дверью снова звякнул колокольчик. Он вышел, Боб последовал за ним в трёх шагах.

В магазине стояла женщина. Они с Лунде явно были знакомы и сразу заговорили о заказе — чучеле собаки. Лунде объяснил, что ждёт новые глаза: присланные его не устроили.

Боб вернулся в мастерскую к своему кофе.

Через некоторое время вернулся и Лунде, снова взялся за работу.