Мы садимся в карету, отмечая, что сестра эмэра заняла одно из сидений и смотрит с предупреждением во взгляде, чтобы держались подальше. Это совпадает с моим желанием, поэтому я помогаю Эллеш сесть у окошка, закрывая девочку собой. Малышка явно нервничает рядом с Кайлессой, и я начинаю подозревать, что между этими двумя произошло нечто неприятное.

К эмэру быстро подходит Сигман и протягивает несколько конвертов разной величины:

– Почта, господин.

– Просмотрю по дороге, – решает Рэйслор и, разместившись рядом с сестрой, приказывает: – Трогай!

– А как же Ирвин? – беспокойно смотрю в окно. – Не поедет с нами?

– Я здесь, эмра! – раздаётся голос сверху. – В этой карете предусмотрены места для слуг и охраны. Свежий воздух, солнце и отличный обзор. Есть чему позавидовать!

Эллеш с надеждой смотрит на Рэйслора:

– А можно мне?..

– Нет, – осаживает тот.

Открыв первое письмо, погружаете в чтение.

Кайлесса молча усмехается и достаёт из кружевной сумочки серебристый кулёк. Разворачивает его и не спеша вынимает конфету, кладёт себе в рот. Эллеш гулко сглатывает, жадно наблюдая, но молчит. Эмэр, судя по отрешённому виду, погружён в какие-то свои мысли. А его сестра продолжает поглощать лакомство.

– Дорогая Кайлесса, – обращаюсь к ней. – Угости, пожалуйста, мою дочь.

– Не хочу, – высокомерно фыркает та.

Я улыбаюсь:

– Как мило с твоей стороны.

Эмэр складывает лист в конверт и открывает другой. Глянув на девочку, укоризненно смотрит на сестру.

– Кайлесса, не веди себя, как ребёнок.

– Хорошо, – послушно вздыхает та.

Когда эмэр снова углубляется в чтение, протягивает Эллеш угощение, и обрадованная девочка тянется за ним, как блондинка вдруг переворачивает кулёк, и все конфеты падают нам под ноги.

– Ой! – довольно скалится Кайлесса. – Они теперь грязные.

Я боюсь, что Эллеш расплачется, но один взгляд на хитрую мордашку подсказал, что обиде малышка предпочитает сладкую месть…

Глава 15. Провалиться с треском

Весь путь до дворца малышка ведёт себя подозрительно тихо, а когда карета останавливается, и дверцы открываются, сидит, не двигаясь. Кайлесса протягивает руку пиктану, и тот помогает ей выйти. Ирвин собирается поддержать и меня, но девушка не отпускает, хватаясь за локоть, и ему приходится остаться с ней.

Когда они отходят, я замечаю людей в одинаковых золотисто-голубых ливреях. Слуги выстроились в два ряда, создавая живой коридор до огромных белоснежных ворот, и по нему неторопливо двигаются разряженные придворные. Некоторые оборачиваются и, заметив карету эмэра, спешат обратно, явно заинтересованные происходящим. Вокруг быстро становится людно.

Я подаюсь вперёд, чтобы выйти, но Эллеш сжимает мой рукав и шепчет:

– Не двигайся.

Эмэр поднимается, покидает карету и протягивает мне руку, и тут малышка отпускает кота и падает на колени.

– Смотри, Кайлесса свои конфетки забыла! – Принимается быстро собирать лакомство с пола. – Всегда мечтала их попробовать!

Кажется, что она пробует одну, а я на миг теряюсь, не ожидая такого от девочки. Эмэр и вовсе каменеет лицом, придворные шепчутся между собой, а Кайлесса краснеет и сжимается, будто её ударили. Я же, очнувшись от шока, бросаюсь к малышке и шепчу:

– Браво, Эллеш! Даже мне показалось, что ты съела конфету.

– Так и есть! – улыбается она.

– Что?..

– Ой, не делай такое лицо, – саркастично фыркает девочка. – Я поймала одну, её и съела. Только эмеру не проговорись, он злится, когда я применяю осселинскую магию.

Я лишь головой качаю, поражаясь потрясающей игре ребёнка.

– Несчастная сиротка сотого уровня! Талантище! А теперь брось это и пошли, а то, как бы твой опекун не разозлился и не увёз нас обратно в тот полуразрушенный дом.

Принимаю руку эмера и, покинув карету, смотрю на мужчину с мольбой:

– Простите нашу дочь, дорогой супруг. Она так мечтала попробовать конфеты вашей сестры, что не удержалась. Я поговорю с Эллеш, и она больше никогда не будет брать их без спроса.

Мне стоит немалых трудов, чтобы не выйти из роли бедной родственницы. Боюсь, что злодейский смех в данную минуту всё бы испортил. Эллеш тоже старается вовсю, но у малышки в силу возраста не очень выходит контролировать мимику, и малышка прикрывается котом. Видно, как ребёнок подрагивает от сдерживаемого хохота, но со стороны это очень похоже на плач.

– Это было обязательно? – негромко спрашивает Рэйслор и бросает на меня колючий взгляд.

Пожимаю плечами.

– В следующий раз, если захочется ребёнка обидеть, придётся подумать о последствиях!

Кайлесса же, оказавшись в центре всеобщего внимания, готова провалиться сквозь землю. Она мечтательно косится на карету, явно жалея, что соблазнилась предложением брата и поехала с нами, но генерал подходит к сестре и тихо произносит:

– Если сбежишь, то к вечеру о тебе будет судачить весь город.

К чести девушки, она пересиливает себя. Выпрямляется, расправляет плечи и, придерживая юбку, величественно движется по живому коридору, игнорируя смешки и шепотки. В этот момент я её зауважала. Отлично сыграно!