Вполне вероятно, что для вождя спать с женщиной — до зубного скрежета обыденное занятие, вот только у меня такое произошло впервые. Для цваргов спать не то что в одной постели, а в одной комнате — вещь весьма интимная. Я слышала, что не все супруги спят вместе, ведь во сне женщины также испускают бета-колебания и, в отличие от бодрствующего состояния, не могут их контролировать. Не всякому цваргу будет приятно фоном улавливать такие вещи. Мне почему-то подумалось, что у ларков должно быть так же с обонянием… Но ведь Арх-хан же лёг со мной в постель? Значит, я ему как минимум не противна…

«Лейла, ты слишком многое себе надумала. Ты мешала ему спать, он пришёл и заставил тебя лечь и уснуть, на этом всё. Возбуждение… ну, мало ли о ком он думал? Почему ты вообще это приписываешь себе? Да и кто знает, как устроены ларки», — осадил внутренний голос.

В столовой ждал завтрак, что неожиданно удивило и подняло настроение. Пара аппетитных сэндвичей с куриной грудкой, травами и салатными листьями лежали на керамической тарелке, на соседней — яичница с тёртым сыром, рядом — высокий гранёный стакан с яблочным соком.

В состоянии лёгкой задумчивости я умудрилась съесть всё. Дождь за ночь закончился, и теперь в окне виднелись ясное голубое небо и яркое-яркое солнышко, активно поднимающееся по небосводу. Интересно, сколько уже времени? Одиннадцать? Двенадцать?

Я машинально потрогала запястье, чтобы проверить время, но вспомнила, что коммуникатор за две недели жизни в лесу всё-таки разрядился. Вчера мне пришлось поставить его на зарядку, а утром надеть устройство я забыла.

«Ну и к швархам… Аарон, наверное, прыгает от счастья, что я улетаю с Ларка. Могу себе позволить последний день провести без нотаций и постной рожи…» — подумала я и мысленно махнула рукой.

Мякотью ароматного хлеба протёрла тарелку — совсем не аристократично, но вкусно же! — и закинула в рот. Поднялась со стула, подхватила тарелку, чтобы поставить в раковину на кухне, и — взвизгнула от неожиданности, чуть не врезавшись в медноволосую ларчанку.

— Что ж ты так кричишь-то! — Она схватилась за голову, прикрывая уши.

— Ой, прости-прости! Я просто не ожидала тебя здесь увидеть! И поступь такая бесшумная, всё никак не привыкну к вам.

Я с удивлением рассматривала ту самую ларчанку, которая вчера вечером сообщила о свободном доме на три спальни таноржцам. Высокий лоб и крупный нос, выразительные серые глаза в обрамлении пушистых ресничек и чуть тяжеловатая нижняя челюсть. Впрочем, открытая светлая улыбка скрашивала этот недостаток. Не первая красавица, но очень милая девушка. В толстые косы вплетены нити с бисером, яркий сарафан на широких бретелях, руки крепкие, мускулистые — с человеческой девушкой точно не спутать. Я вчера подумала, что это взрослая ларчанка, хозяйка деревни, но сейчас, присмотревшись, поняла, что заблуждалась. Передо мной стояла совсем ещё юная девушка, которой от силы лет двадцать.

— А ты кто? — вырвалось у меня само собой. — И что тут делаешь?

— Меня Раиса зовут. Арх-хан прислал прибрать дом и составить тебе компанию на день, чтобы скучно не было. Ты Лейша, да? — Ларчанка улыбнулась.

— Лейла, — машинально поправила, думая о том, что «составить компанию на день» — это совершенно не похоже на Арх-хана. — А почему ты?..

Я так и не сформулировала вопрос, но Раиса перебила:

— Убираю общий дом? Вообще у нас, конечно, не принято, чтобы ларчанки трудились, но ракхаши сегодня зацветают, защитники сами не свои, потому вождь попросил меня за домом присмотреть. — Пока говорила, она ловко вынула тарелку у меня из рук, поставила в раковину и продолжила щебетать: — Ночью дождь шёл, колодец пополнился водой, здорово-то как! Мужчины насосы включат, можно будет хоть нормально помыться, а то вёдрами всё таскают, ни на что не хватает… Последние недели такими жаркими были, а тут двойная радость — и дождь, и Духи Предков праздник велят устраивать!

Раиса засуетилась, взяла откуда-то веник и начала подметать пол, а я остро почувствовала себя иномирянкой. Настолько странно было видеть, что кто-то это делает вручную, а не с помощью пылесоса.

— А-а-а-а… вы разве таноржскую технику не закупаете? — только и смогла пробормотать. Девушка ещё и тряпку откуда-то достала и принялась активно смахивать пыль.

— Закупаем, конечно. — Она серьёзно кивнула. — Но на всех же не хватает. Вот в цитадели, я слышала, да, там и ваши флайты, и гравибайки очень любят. Пылесосы в каждом доме и посудомоечные машины. — Она вздохнула. — Но я никакой комфорт не отдам за жизнь подле Вечного Леса. Городские вечно к нам мотаются. Вон, праздник цветения ракхаши — к нам, инициация мальчиков — снова к нам, общение с душами погибших — к нам, чуть что — сразу к нам, но тут же нос давай кривить, видите ли, нет нормального водопровода… Ну, подумаешь, живём близко к Сухим Пескам, да, с водой тяжело, зато…

Раиса болтала без умолку и скакала с одного на другое так быстро, что я не могла ухватиться за мысль. Голова раскалывалась от обрушившейся информации. Как аналитик я любила всё разложить по полочкам и тщательно вникнуть, а тут… Зачем городские ездят к Вечному Лесу? Неужели на Ларке религия так много значит? Нет, есть народы, у которых чуть ли не каждую неделю принято посещать церкви или храмы… Фраза «близко к Сухим Пескам» резко заставила вновь изменить компас размышлений.