— Да, наверное, Танорг — единственное исключение из правил. — Я всё же согласился, рассматривая девушку. — Люди технологически так развились, что могут себе позволить вообще ничего не делать, а большую часть еды вырастят ваши железные помощники в искусственных теплицах или синтезируют в пластиковых колбах. Я слышал.

Собеседница моргнула.

— Я имела в виду другие расы… Так никто не делает. Взять вон… цваргов. Они женятся, создают семьи.

— Мужчины работают, приносят деньги, а женщины их тратят. Всё то же самое, как у нас.

— Да нет же!

— Почему нет? В чём разница?

— Цварги женятся один раз в жизни, создают семью. Это другое.

— Я так и не услышал, в чём другое. В том, что их женщинам запрещено сменить защитника, если он её не устраивает? Один на всю жизнь. В этом другое? В том, что ларки не маскируют отношения подо всякую ересь?

— Нет… Не все женщины хотят замуж… Некоторые цваргини, например, работают, если хотят! Я это точно знаю! У тебя неправильное представление!

Пока мы спорили, щёки Лейлы раскраснелись, футболка задралась ещё чуть выше от активной жестикуляции рук, и она даже не представляла, насколько соблазнительно сейчас выглядела. Я несколько секунд любовался ею, а затем всё же вздохнул.

— Если женщина не подпускает к себе мужчину, значит, она считает его недостойным, ей нужен кто-то сильнее, вот и всё. У нас также есть ларчанки, которым нравится принимать покровительство сразу двух или трёх защитников. Мы не навязываем своих законов другим расам, но и не хотим, чтобы люди или цварги лезли к нам с собственными правилами. Ты спросила, что у нас означают определённые вещи — я ответил. Разговор окончен. А теперь иди спать.

Лицо девушки вытянулось от удивления, рот слегка приоткрылся. Она явно хотела поспорить, но у меня уже сил не было смотреть, как футболка облепила её влажную грудь.

— Иди спать, Лейла, — рыкнул я на неё, — а то я восприму это как знак, что ты хочешь отплатить за заботу по нашим законам.

Она ойкнула, быстро вскочила со стула, схватила дурацкий рюкзак, который таскала везде за собой, и метнулась из комнаты прочь. Я медленно выдохнул.

«Духи Предков, дайте мне какой-нибудь знак, что делать дальше…»

Стоило так подумать, как за окном сверкнула бледно-жёлтая молния, грянул раскат оглушающего грома, и по крыше дробью застучали первые капли дождя.

Глава 19. Когда зацветают ракхаши

Лейла Виланта. Планета Ларк. Деревня

Дождь шёл всю ночь. Жара отступала, а на её место приходила желанная прохлада. Казалось бы, после такого длинного и полного стресса дня я должна была уснуть сразу, но сон всё не шёл и не шёл. В голове крутились обрывки картинок хтэрра, мысли о том, что на Ларке их много, слова Аарона, который неожиданно признался, что «соскучился», и взгляд Арх-хана. Последний вообще не давал покоя. Я закрывала глаза и видела его лицо… и понимала, что мы разные, как полюса планеты.

«Если женщина не подпускает к себе мужчину, значит, она считает его недостойным, ей нужен кто-то сильнее, вот и всё», — крутилось раз за разом как на испорченной флешке. Да чтобы он хоть что-то понимал! Проклятый ларк! Какого шварха я постоянно думаю о нём?! Я — цваргиня, у меня есть жених…

 «Жених? — насмешливо повторял внутренний голос с интонациями Арх-хана и тут же добавлял: — А ларки не маскируют отношения под всякую ересь».

«И что ты мне предлагаешь?!» — хотелось взвыть, схватить за шкирку и как следует стукнуть об стенку этого невидимку внутри, что откровенно потешался надо мной.

Я ворочалась с боку на бок, пытаясь поймать сон за хвост. Как назло, на коммуникаторе всплыло сообщение Лоуталье, что он с нетерпением будет ждать меня в космопорту Танорга и сразу же заберёт оттуда, как только «Спейс-Икс» приземлится.

Кап-кап-кап. Тук-тук-тук. Дождь усилился.

Я встала с кровати и принялась кружить по комнате. От мысли, что я больше никогда не увижу Ларк и оливковые глаза с вертикальными зрачками, внутри всё противоестественно сжималось, становилось маетно, руки покалывало, а голова наливалась свинцом. Но разумная часть меня — чистокровная цваргиня — отчаянно не хотела признаваться даже себе в том, что Арх-хан мне нравился. По-настоящему нравился. Возможно, при любом другом раскладе, если бы у меня было больше времени, я бы…

«Ты бы что? — вновь перебил внутренний голос, но на этот раз без насмешки. — Что бы между вами ни случилось, тебе бы всё равно пришлось возвращаться на Цварг и выходить замуж… не за Аарона, так за Фабриса. Разве оно стоит того? Даже думать не смей…»

Серые нити извивались и поливали всё вокруг. Я подошла к окну и обнаружила, что в некоторых домах горят охровые огоньки. Значит, я не одна в деревне сейчас не сплю. Запотевшее стекло приятно холодило руку.

Стволы плодовых деревьев нагибались от сильного ветра, и тени от их крон, как взмахи крыльев бабочек, танцевали среди огней. Дождь изменялся по синусоиде, периодически набирал мощь и барабанил с такой силой, что мне казалось, будто надо мной нет второго этажа — сразу крыша. А может быть, так оно и было, я не рассматривала внимательно архитектуру дома.