– О, вообще без проблем. Я хочу! И, как я уже сказала, на тебе будет смотреться убийственно.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

– Скажешь, что это?

– Будет сюрприз!

Не успеваю я ответить, как она машет мне рукой и идёт в противоположную от входа сторону.

– Было приятно наконец познакомиться с тобой, Харпер.

А потом исчезает в толпе.

Глава 3

Теперь, когда котёл работает, в фермерском доме тепло. Диван в гостиной удобный, и мне даже удалось разжечь небольшой огонь – спасибо интернету за то, что научил меня это делать.

После долгого дня я собиралась лечь спать пораньше. Когда уходила с фестиваля, я устала, но стоило вернуться домой и приготовиться ко сну, как у меня вдруг открылось второе дыхание.

Вот так я и оказалась голой, лёжа на одеяле, с кольцевой лампой и телефоном, установленными на антикварном кофейном столике, и записывая видео для клиента. Один из моих «китов», который почти каждую неделю заказывает персональные видео, прислал мне игрушку, чтобы я использовала её на себе.

Я поддеваю серебряную штангу в соске, пытаясь возбудиться и намокнуть. Обычно у меня с этим нет проблем, но сегодня вечером мысли заняты совсем другим.

Мои встречи с Авой и, особенно, с Майком и Олив снова и снова прокручиваются в голове. Они были… странными. Ава меньше, но и в ней было что-то наигранное.

Пока мы разговаривали, я особо не думала, больше сосредоточившись на том, что встретила кого-то, кто может стать новой подругой, но теперь, когда я одна, не могу перестать думать о том, что она просматривала мои соцсети. То есть, наверное, я могу понять, но мне всё равно не по себе.

Я стону. Я уже согласилась прийти на хэллоуинскую встречу и не хочу отказываться. Надеюсь, там будут люди, с которыми я смогу познакомиться естественным образом и которые не искали меня в интернете. Или, как Майк, не оскорбляли.

Фыркнув, я хватаю игрушку со стола. Мне нужно работать. Ничего слишком большого – розовый вибратор-кролик, без рёбер или чего-то такого. Я включаю его на самой низкой мощности и провожу по клитору. Ощущение приятное, но даже спустя минуту моё тело всё ещё отказывается реагировать.

Раздражённая, я падаю на спину и смотрю через большое окно в сторону кукурузных полей. Снаружи кромешная тьма, а шторы я так и не задвинула. Соседей поблизости нет, и в такое время никто сюда явиться не должен.

Я увеличиваю мощность вибратора, кончиком дразня клитор, пока другой рукой массирую одну грудь, чувствуя прохладу пирсинга под ладонью. Образ пугала – Сайласа – среди кукурузы вспыхивает за закрытыми веками, и мне словно удаётся увидеть его вдали, залитого лунным светом, который скользит по соломе и мешковине.

Возбуждение сворачивается тугим узлом между ног, и я выгибаюсь, усиливая давление, одновременно нажимая запись на телефоне. Закрываю глаза и отдаюсь вибрации, пока перед внутренним взором не начинает складываться новая сцена.

Теперь я снаружи, прохладный осенний воздух касается моей чувствительной кожи. На мне тонкое белое платье, все татуировки открыты, а под ним ничего нет. Для этого времени года непрактично, зато мне идёт. Ветерок играет мягкой тканью и щекочет внешнюю сторону бёдер, пока я иду.

Под босыми ногами хрустят сухие листья и мёртвая трава, холодная земля и мелкий мусор впиваются в подошвы. Передо мной вход в кукурузный лабиринт, высокие стебли колышутся на ветру на фоне пылающего неба. Закат окрашивает всё в кроваво-красные и жжёно-оранжевые оттенки.

Меня преследует тяжёлое чувство, будто кто-то следит за каждым моим движением, хотя вокруг никого. Я останавливаюсь перед входом в лабиринт и читаю табличку на столбе – «Входите на свой страх и риск!»

Кого-то это, возможно, и отпугнуло бы, но не меня. Адреналин проносится по венам, и я захожу в лабиринт. Внутри темнее – высокая кукуруза заслоняет и без того угасающий свет, а ощущение чужого взгляда лишь усиливается.

С каждым шагом дыхание учащается. Я не знаю точно, куда иду, но ноги будто сами знают, где свернуть. С каждой секундой адреналин смешивается со страхом, а в животе накапливается возбуждающее тепло. После последнего поворота я выхожу к центру лабиринта, где стоит деревянный крест. Поднимаю взгляд, ожидая увидеть широкую шляпу и тканевое лицо моего пугала, защитника урожая и земли, но его там больше нет.

Ветер усиливается до порыва, раздаётся треск ветки и шорох ткани, заставляя меня обернуться. Всё тело напрягается, сердце грохочет в ушах.

Сайлас.

Его пустые глазницы смотрят прямо на меня, а последние лучи солнца лишь делают его ещё более зловещим. Он делает шаг ближе, потом ещё один, пока его огромная фигура не нависает надо мной, отбрасывая тень на моё лицо и наполняя нос запахом дымных осенних ночей и сырой земли.